Но вдруг ему и в самом деле надоест?
И Лиза принялась учиться. Вначале готовить. Шеф-поваром она, конечно не стала, но самое просто - пожарить картошку с котлетами из магазина, сварить простой куриный суп - получалось уже неплохо. Потом Кирилл стал обучать ее самостоятельно передвигаться по городу без машины - сходить в магазин, в аптеку, проехать на метро к маме Кирилла, тете Свете. Первый раз поездка в метро была просто полной ужаса. Удержалась от позорного визга и побега с эскалатора только из-за грозного шёпота Кирилла.
-Заверещишь или рванешь, куда с эскалатора - придушу!!"
"Намертво вцепившись в рукав его куртки, и закрыв глаза, чтобы не видеть своей скорой гибели, она послушно передвигала ногами, а на движущуюся лестницу Кирилл, подхватив ее, просто переставил. Потом весь путь шипел ей в ухо, чтобы запоминала название станций, где входили и где они выходят. От страха она их все запомнила. Поход в аптеку до сих пор вспоминался, вызывая такое чувство смущения, что она сразу становилась вся мокрой и красной от стыда.
Возвращались они от тети Светы и перед самым домом Кирилл вспомнил, что у них закончилась зубная паста и решил зайти в ближнюю аптеку. Лиза покорно шла за ним. Купив пасту, и что-то ещё в пакете, на выходе он сунул этот пакет ей в руки, сказав.
-Это тебе, совсем забыл про эти ваши женские…
Дома, разбирая пакеты, Лиза опять увидала эту покупку. Шепотом поинтересовалась у Таси, что это такое. Та, хмыкнув совсем не по-кошачьи, поведала ей, для чего это нужно.
У Лизы даже руки затряслись и подкосились ноги. Стыд-то какой! И Кирилл так говорил, как будто это в порядке вещей!
Но понемногу все улеглось и приспособилось. Новогодние праздники пролетели в вихре развлечений и поездок. Ездили в музеи Коломенского, катались с ледяных горок, посещали ледовый каток. Кататься на коньках Лиза умела и любила. Потом, замерзнув, бежали в небольшие харчевни, где ели ароматнейший шашлык, запивая его горячим чаем. Ходили на какой-то концерт, где Лизе не понравилось - слишком шумно, душно, на сцене кривлялись и кричали какие-то раскрашенные, полуголые девицы и мужчины.
Только голова разболелась.
При этом всем Лиза продолжала заниматься рисованием. Постепенно привыкла к новым кистям и краскам и дело пошло. Вначале она рисовала домашние натюрморты, потом Тасю с котятами, а потом насмелилась, тайком сфотографировала телефоном Кирилла и теперь она писала его портрет, и, кажется, он ей удавался.
