И давай закажем еще по пирожному, ладно?
* * *Войдя на следующее утро в приемную, Родион Марьянов вздрогнул от неожиданности — за столом секретаря сидело, скрючившись, какое-то черное бесполое существо. При виде вошедшего существо встало из кресла и сделало шаг навстречу, оказавшись при ближайшем рассмотрении Кариной Крупенниковой.
— Что это с вами? — вымолвил потрясенный Марьянов. — Вернее, что это на вас?"
"— Одежда, — гордо пояснила Карина, сложив руки на животе.
Марьянов дернул щекой и почесал переносицу.
— У вас кто-то умер? — на всякий случай поинтересовался он.
— Нет, слава богу.
— Выглядите пугающе.
— Но вы же просили одеться построже. Теперь вам нравится?
Марьянов прищурился. С ее стороны это была какая-то отчаянная, гусарская наглость. Что называется: пан или пропал. Вероятно, она обиделась на его вчерашнее замечание. Здорово ее пробрало, однако. Интересно, с чего бы это? Может, она влюбилась в него? Отсюда и это маленькое восстание?
— Я на седьмом небе от счастья, — сказал он.
— Вы похожи на итальянскую вдову, в беспамятстве укравшую одежду у католического священника. Или на странствующего монаха. Ваш обнаженный пупок был менее вызывающим, чем та черная сутана, которую вы на себя напялили. В сочетании с этими ужасными сандалиями ваше нынешнее облачение выглядит апокалиптично. Но особенно хороши очки. Где вы их добыли — в сундуке вашей бабушки?
— Неужели вы опять недовольны?! Я столько сил потратила на то, чтобы одеться по форме…
— А, так это вы в знак протеста! — воскликнул Марьянов.
— Отстаиваете свое право ходить по офису полуголой?
— Отстаивают свои права только угнетенные. А я просто следую указаниям начальства.
— Теперь понятно. Только указания вы понимаете как-то извращенно. С вами надо держать ухо востро. Боюсь, что если я попрошу вас быть чуть более строгой и требовательной с клиентами, вы наденете вратарскую маску и возьмете в руки бензопилу.
— Я не знаю, как пользоваться бензопилой, — призналась Карина с таким сожалением, будто этот навык действительно мог ей пригодиться.
— С вашими способностями и привычкой все схватывать на лету, думаю, вы быстро освоите этот нехитрый инструмент, — успокоил ее Марьянов. Усмехнулся и посмотрел ей прямо в глаза. — Послушайте, Карина. Даже если вы завтра придете на работу в скафандре, я это переживу. Меня в первую очередь интересует то, как люди работают, а не как они одеваются. Мне, может быть, тоже было бы приятнее видеть вас в той прозрачной штуке.
