Она запрещала себе думать об этом, не хотела вспоминать свою прежнюю жизнь: балетную школу – просторные классы с зеркальными стенами, светлые коридоры с высокими потолками, шорох легких ножек и «здравствуйте, Бронислава Марковна», «доброе утро, Бронислава Марковна». Свой кабинет – небольшой, но уютный, с темными дубовыми панелями и немного облупившимся, потертым, но очень красивым старинным паркетом. Коллег и подчиненных, подчеркнуто вежливых или эмоциональных до истерик, рафинированно интеллигентных или вовсе наоборот – повариха тетя Маша, к примеру, разительно контрастировала с остальными «балетными» не только габаритами.
"
"В теть-Машин халат Славка могла бы завернуться дважды, поэтому для нее на кухне специальный размерчик держали – «дитячий», как говорила тетя Маша. Она единственная относилась к строгой директрисе как к деточке, умной, но неразумной. Поучала, наставляла, советы давала «за жизнь». Нагрянет Славка с неожиданной проверкой, крахмальный свой халатик наденет, перчатки разовые, шапочку белую – строга, строга матушка-директриса! А тетя Маша даст ей вволю нагуляться по кухне, а потом собственным телом дверь припрет и строгим басом со взглядом исподлобья как загудит: «Не выпущу-у-у! В кастрюли позаглядывала, а пробовать кто будет? Да не с ложечки! А ну-ка съела весь борщ, Брониславушка Марковна, суфле мясное, овощи на пару, компот из вишни!»
Компот из вишни… Да, компот вышел ого-го какой… Кто бы знал, как закончится ее карьера.
Славка поднялась, отряхнула с себя снег.
Далила помогла – обтерла ее своими боками со всех сторон.
– Пора домой, мои девочки, – сказала Славка и взяла Далу на поводок. Снова позвала Данаю: – Дана, ко мне! Конфету дам!
Кусты затрещали, выдавая приближение заинтересованной Данаи. Далила настойчиво ткнулась мордой в карман куртки – едва опять не уронила Славку в снег.
Конфета – это был запрещенный, но очень действенный прием. Конфеты «ее девочки» любили. Все, без исключения. У балетных, правда, со сладким были сложные отношения, конфеты они любили преимущественно платонически, а вот Катюшка уплетала бы их за обе щеки, кабы Славка ей разрешала.
Катюшка…
Славка вздохнула, и Далила, преданно глядя на нее, заскулила – то ли сочувствие выразила, то ли про конфету обещанную напомнила.
– Дану ждем, – сказала Славка собаке и сняла варежку, чтобы достать и развернуть карамельки – иначе псины их слопают и с бумажкой, и с варежкой. – Дана, спокойно! Сидеть! Молодец, на конфетку.
