Книга Паутина — читать онлайн бесплатно полностью

Управляющие тюрьмой авторитеты могут причинить смотрителю большие неприятности. Пойдут бунт за бунтом, журналисты опубликуют страшную правду (на основе писем арестантов), побеги участятся. А еще повсеместно смотрители воруют, обжуливают своих подопечных, недоплачивают им заработанные деньги и прочее. Сведения об этих проделках могут попасть или в надзор, или в ту же прессу, или прямо в Главное тюремное управление. И смотритель с надзирателями сами могут угодить по ту сторону решетки. Поэтому стража с «иванами» старается не враждовать, а договариваться.

К обоюдной выгоде, которая достигается за счет ограбления той же рядовой бесправной массы.

Лыков подумал и добавил:

– Еще их сила в жестокости. «Иван» особенно охотно обещает наказание: избить, ограбить, а то и сложить, то есть убить. Это у них называется «дать варнацкое слово». И вожак всегда выполняет обещание. Его влияние держится на страхе, который он внушает. Если обещать и не сделать, бояться тебя перестанут. Тогда потеряешь власть, и обиженные сразу сведут с тобой счеты.

Но «иваны» хорошо это знают и не останавливаются ни перед чем. Кроме того, они все заодно, действуют слаженно. Если кто-то обидел одного из них и успел перебраться в другую тюрьму, очень быстро туда доставят весточку. И тамошние заправилы обязаны отомстить за коллегу, которого они даже в глаза не видели.

– Варнацкое слово, – повторил промышленник. – А кто такой варнак? Откуда взялся сам термин?

– В начале прошлого века ссылаемым на каторгу выжигали на лице буквы: «в», «р», «н» и «к».

То есть вор, разбойник, наказан кнутом. Чтобы потом всегда можно было отличить такого в толпе. Вот из этих литер и сложилось слово варнак.

– Ага… – потер ладони Гучков. – Значит, говорите, взаимовыручка у них огромная? И все они так или иначе друг друга знают, наслышаны, имеют общих знакомых?

– Именно.

– А корреспонденция между ними ходит быстро и без перебоев?

– Лучше, чем в нашей с вами жизни.

– Алексей Николаевич, вы описали мне особое племя. Жестокие, умные, предприимчивые.

Прирожденные вожди. А есть над ними главный? Кому могут подчиниться столь неординарные люди?

Лыков покосился на барона: ты ему напел? Тот сделал вид, что не понял, и отвел глаза. Понятно…

– Видите ли, господин политик. Прежде существовал очень редкий титул – «иван иванович». Главный среди равных, король криминального мира. Но последние двадцать пять лет такого короля наша преступность не знала. Как вдруг… видимо, в конце лета… состоялись выборы предводителя.