Он меня практически прижал к стенке, сузив личное пространство ровно наполовину. Сперва Шестаков просто прожигал меня взглядом, сидел и, понимаешь ли, разглядывал, будто тут картина известного художника на моем месте. Я искренне пыталась сконцентрироваться на уроках, но как сосредоточиться, когда так смотрят? На втором уроке Вите, видимо, стало скучно, и он стал одолевать дурацкими вопросами:
– Тебе нравятся японцы? Мне кажется, если воткнуть палочки в твою дулю, ты будешь походить на супер ниндзя.
– Каким ветром тебя сюда вообще занесло? Или твою предыдущую школу «монашек» закрыли за профнепригодность?
– Так что насчет парней? Смелых за все восемнадцать лет не нашлось?
И все в таком духе. Меня подмывало ударить Шестакова, потому что слушать оскорбления из его уст было, как минимум, обидно. Я не понимала, почему он так себя ведет. Витя из моего детства никогда не обижал людей, наоборот, он ненавидел подобное поведение и мог даже ударить. Но, собственно, все верно – Вити из прошлого больше нет, чему удивляться?.
.
Я молча сглатывала его попытки задеть, и даже когда на перемене к Шестакову подошел Миша, откинув в мою сторону грубость, я ничего не сказала.
– И как тебе сидеть в компании с… – Раевский вскинул бровь, будто думал, как бы корректней обозвать меня. Однако ничего интересного, видимо, на ум не пришло. – С такими девушками?
– Да я откуда знаю? Она мне сто лет не упала, – ответил Шестаков.
– А мне показалось…
– Когда кажется, креститься надо, Мих.
Пошли, воздухом подышим. Итак, скука смертная на уроках.
И о чудо великое! Витя от меня отлип, ведь предыдущие перемены он не поднимался со стула, демонстрируя свои лидерские позиции в классе: народ возле нашей парты круги наворачивал – мистер Популярность выделял каждому по половине царской секунды.
Собственно, я тоже в душном кабинете оставаться не планировала, тем более, впереди большая перемена, надо успеть перекусить. Спустилась в столовую, где очередь достигала коридора, народ галдел, где-то играла музыка, кто-то активно спорил, а кто-то уминал обед.
Я тоже встала в очередь, сжимая в одной руке старенький телефон, а в другой кошелек. Дошла до кассы, спустя почти десять минут, взяла себе булочку с соком и планировала пойти к подоконнику в коридоре (потому что пустых столов не наблюдалось), как мой взгляд зацепился за крайний столик. Там сидел Шестаков, его друзья, пара девчонок и Алена.