Во время обеда Архип вышел из кабинета и подошел к секретарскому столу. Еще раз оглядев Есению, обреченно вздохнул. Рускова, не выдержав давящей ауры, бузучастно спросила, не отнимая взгляда от монитора.
- Какие-то будут указания, Архип Алексеевич?
Но Тукаев молчал, сверля ее макушку. Какие могли быть указания? Он сам это начал, вот и пожинал результат.
- Извини, я тебя обидел. Ты права, я не имел права вешать на тебя ярлык. Это мои личные загоны. И мне нравится твоя прозрачная одежда. Ты очень сексуальная и желанная для меня.
Есения невольно подняла взгляд, столкнувшись с бездонным, черными очами.
- И, если ты хотела подразнить меня, у тебя получилось.
И только у Есении начала проступать радость от его признания, как Тукаев обломал эйфорию следующей фразой:
- А если еще раз наденешь эту тюль, - потряс указательным пальцем на блузу. - Я расценю как призыв тебя разложить на столе. Хочешь проверить? – наклонился ближе к лицу, едва не соприкасаясь носами.
- Не хочу, - резко замотала головой, отодвигаясь.
- Я и без фривольных одежд тебя… хочу, - понизил голос, вызывая дрожь по телу девушки.
На его откровенное признание не знала, что ответить. Съязвить как в поезде уже не могла. Выход был один – не провоцировать. Урок получен. Достаточно.
- Я могу уйти на обед?
- Давно пора. Пошли, - махнул головой и вышел из приемной.
- Я с вами не сяду за один стол, - заявила, идя следом по коридору.
- Я смотрю за моё отсутствие ты стала дерзкая…
- Мой обед – это моё личное время и пространство, и я вольна распоряжаться ими по своему усмотрению, - горделиво изрекла.
Тукаев не меняя траектории движения, резко выбросил руку вправо и быстро идущая девушка с наскока натолкнулась на нее и инстинктивно схватившись, охнула.
- Что Вы себе позволяете? – возмущаясь, отстранилась.
Тукаев уперся ладонью в стену, блокируя проход и прищурив веки, пристально посмотрел в лицо Есении.
- Не играй со мной, Ласка.
- Я не играю. Я…"
"- Пока позволяю, можешь делать, что хочешь, - буравил темными глазами. – А дальше поглядим, - опустив руку, отвернулся и быстро спустился по лестнице, оставив девушку в смятении.
Есения без настроения зашла в столовую и, заказав уху из кеты и маковую булочку с брусничным морсом, прошла за самый дальний столик, где за колонной можно спрятаться от цепких глаз начальника.
До самого вечера Архип и Есения почти не разговаривали. Молча заходила и приносила папки на подпись и так же молча уходила, чувствуя на спине и ягодицах прожигающий взгляд.
