– Ты можешь ерничать сколько угодно, Серобородый, но эта вывеска висела здесь пять лет и провисит столько, сколько того пожелает мастер.
Густав посмотрел на вишневую доску, где значился всего один иероглиф “Школа” и больше ничего.
За все десятилетия странствий, Густав сражался более чем с тремя сотнями мастеров различных стилей и течений. И те названия школ, которые они придумывали, порой граничили с безумием, но чаще выдавали в них стремящихся к славе зарвавшихся самонадеянных глупцов.
“Школа Меча, рассекающего небо”.
“Школа Копья, пронзившего солнце”.
“Школа Топора, демоно-борца”.
“Школа Меча, поющего в звездах”.
И тому подобные, крайне претенциозные названия. Но все их объединяло одно – Густав, разбив стили мастеров, после этого, по праву победителя, раскалывал доску с названием школы и забирал из неё одну щепку – в качестве трофеев.
И таких щепок у него имелся уже целый заплечный мешок.
Когда-нибудь, когда он достигнет ступени истинного адепта, то сложит из них костер и согреется в его жаре.
– Открыто? – второй раз за вечер удивился Густав.
Сперва необычное название, теперь открытые ворота.
– Школа мастера открыта для любого желающего, – пояснил Жарг. – я знаю, что чтобы попасть в остальные школы, надо проявить себя, но… мастер принимает к себе любого.
Густав едва слышно что-то промычал, а затем добавил.
– А как же коты?
– Я сказал, что белый котенок плохо на них реагируют, но не говорил, что они смеют к нему приближаться.
Так что колья здесь поставлены не столько для спокойствия бродячего зверья.
Густав опять что-то прогудел.
Затем, отринув тень сомнения, он вошел внутрь. Что же, хотя бы внутри школа ничем не отличалась от сотен, виденных им прежде.
Довольно просторный двор, малую часть которого занимал цветущий сад, а большую – тренировочная площадка с разнообразными снарядами.
Несколько декоративных прудов с такой же декоративной рыбой, большое деревянное жилое здание, с общими комнатами учеников и отдельным крылом учителя.
Ну и склад со всевозможным добром.
Учитывая поздний час, ученики спали.
Единственным, что выдавало в школе действующее, а не заброшенное заведение, стало присутствие того самого белого котенка. На его белоснежной шерстке Густав заметил несколько черных полос, а еще то, что, казалось, выглядело шрамами.
Хотя откуда могут быть шрамы у котенка, который игрался лапкой с рыбой в пруду.
