Не хватало только еще нечаянно нанести оскорбление.
Они, кстати, косились в мою сторону. Точнее, в сторону Талисы. Все же акиф — прозорливая личность. За моей спиной поставили изящный насест, на котором ахана весьма комфортно устроилась. И постоянно выпрашивала у меня кусочки повкуснее.
Вообще я уже давно поняла: среди власть имущих лучше помалкивать. В политике и переговорах я не смыслю от слова «совсем».
А тем временем продолжалось преподнесение даров. Пока не дошла очередь до выступления Тильды.
Я знала, что наша танцовщица готовит нечто сногсшибательное, если верить ее намекам.
И ведь не преувеличивала!
Музыка заиграла дикая, стремительная. В ней было что-то и от оркских мотивов, и от плясок людей, прослеживалась нотка эльфийских танцев. И под напором этой мелодии кружилась по залу Тильда.
Ладно, может, она и стерва, но талант у нее есть. Она танцевала, отдавая себя во власть музыки. Танцевала не только телом, но и душой. Крутилась в облаке тканей, гордо вскидывала голову с огненным водопадом волос, сверкала глазами поверх вуали.
Гибкое движение, взмах руки — и тут же разворот, от которого сердце на миг замирало. Тильда завораживала, увлекала. У меня пальцы сами собой принялись выстукивать по столу в такт мелодии. Краем взгляда увидела, как акиф что-то обсуждает с советником. Оба то и дело бросали взгляды на Тильду. В любимые жены, что ли, решили все же взять?
И снова резкий поворот головы, отчего волосы на миг ослепили пламенем. Тильда прогнулась, кончиками пальцев касаясь пола. Вверх взметнулась нога в облаке ткани.
Мелодия достигла пика…
И медленно смолкла. Я же продолжала во все глаза смотреть на замершую в эффектной позе Тильду. Да-а-а, хороша, тут ничего не скажешь.
— Думаю, она произвела впечатление, — пробормотала тихо, чтобы услышала только Дианта.
— Она такая, — кивнула собеседница. — С трех лет уже было ясно, что у Тильды талант.
— Неплохо, — послышался голос одной из сидевших рядом игенборгок. — Дианта, так вы родственницы? Все три?
— Арджана — капрал, — вежливо ответила та, — а мы с Тильдой да, дальние родственницы.
— Вы воин? — изумилась женщина. — Так это правда? В вашей стране такое возможно?
— Почему нет? — ответила я вопросом на вопрос. — Я умею и люблю сражаться.
— Это так странно, — протянула еще одна, сидевшая рядом с Диантой. — А если ранят? Или еще хуже — изнасилуют…
— Поэтому я должна быть сильнее и быстрее тех, кто способен на такое.
Дальнейшие наши разговоры пресек голос советника, разнесшийся по залу.
