Он исчез сам, бросив Марго одну в Лондоне. Как она выжила тогда, Марго даже вспоминать не хотела. А потом Алекс снова возник как ни в чем не бывало и стал делать это с регулярностью, появляясь в самое неожиданное время и в абсолютно любых местах. Ангел-хранитель…
– Алекс, – Марго прижалась щекой к его руке и посмотрела в глаза так, как умела только она – открытым детским взглядом, который совершенно обезоруживал любого собеседника, – скажи – причина… в том, что ты тогда… ну, помнишь?
Алекс не убрал руку, наоборот, погладил Марго по щеке и спросил:
– Скажи, детка, ты по-прежнему не хочешь быть со мной?
– Перестань… – она чувствовала, что колеблется, и это удивляло.
Давно решив для себя, что между ней и Алексом все закончилось, Марго все-таки иногда фантазировала на тему «а что, если…», и сейчас ей показалось, что Алекс залез в ее мысли и прочел их.
– Ты ставишь какой-то барьер между нами, Марго… зачем ты делаешь это, милая? Разве нам вместе было плохо? – его голос обволакивал, парализовывал ее и совершенно лишал воли.
Марго вся подалась вперед, к нему, и Алекс уложил ее рядом с собой, укрыл одеялом:
– Видишь, детка, ты и сама не против… и я так долго ждал тебя, Марго… моя Марго…
Его руки будили в ней воспоминания о давно ушедшем времени, о тех часах, что они провели вместе, о тех днях и месяцах, когда они любили друг друга. Марго давно не испытывала такого счастья от близости, она успела забыть, каково это – быть с таким мужчиной, как Алекс. Она понимала всех этих многочисленных женщин, что готовы были на все за минутное внимание.
Как, как можно отказать, когда он хочет? Совершенно утратив над собой контроль, Марго с криком выгнулась в его руках и почти потеряла сознание. Она так и осталась в его постели до утра.
Завтрак вышел чудовищным… Разумеется, Мэри со своей бессонницей не пропустила ни секунды из того, что происходило за стеной – комнаты были соседними, и теперь искренне наслаждалась и виноватым лицом Марго, и тщательно сдерживаемым гневом Алекса, который пытался корректно отбиваться от ее колких замечаний.
Разумеется, долго это не продлилось – Алекс вскочил и дал Мэри оглушительную пощечину. Та только фыркнула, встала и пошла к себе, не забыв, однако, оставить победу за собой – окурок ее сигареты точным броском отправился в чашку кофе, стоявшую перед Алексом.
– Стерва! – прошипел он, отодвигая чашку. – Марго, скажи – зачем она делает это?
– Она такая, – пожала плечами Марго.
– Я думаю, что она ревнует.
