Слава богу, за рулем он и пить сегодня не будет, а это значит, что я смогу пропустить пару стаканчиков. Но никакого секса. Нет. У меня появилось строгое правило касательно секса на вечеринках, и я собираюсь ему следовать. Больше никаких бессмысленных минетов в ванных комнатах и быстрых перепихов в чужих спальнях.
Джон Логан официально в статусе отношений.
– Не понимаю, зачем ты состоишь в братстве, если очевидно, что тебе это не нравится? – говорит Ханна. Она сидит на заднем сиденье джипа Гаррета, потому что я против правила, что подружки обязательно должны сидеть на пассажирском сиденье, и запрыгнул туда первым.
Дин и Такер уже уехали вместе с Холлисом, и мы встретимся с ними в доме «Сигмы».
Я согласен с Ханной по поводу братства. Гаррет член общины «Сигма Тау», но он не живет в их доме, не посещает их собрания и не общается ни с кем из своих «братьев». Его единственное участие в жизни братства – это появление на их вечеринках, да и то он не задерживается там больше чем на час.
– Я получил это членство по наследству, – отвечает Гаррет, чей взгляд устремлен на темную дорогу. – Они обязаны были принять меня на испытательный срок, а мой отец заставил меня дать клятву."
"– Погоди-ка, так ты прошел весь этот ужасный обряд посвящения? – спрашивает Ханна.
– Нет. Они так сильно хотели заполучить меня себе – ну, вы понимаете, я же из семьи легенды хоккея, – что просто приняли меня после испытательного срока. Они громко кричали на меня, когда рядом были другие кандидаты, приказывали выскрести уборную зубной щеткой или что похлеще, но потом один из них оттаскивал меня в сторону и шепотом говорил: «Топай отсюда, парень.
Иди поспи».
Ханна заходится смехом:
– Ничего себе! Коррупция в Греческой системе. Это просто шок, скажу я вам.
Гаррет сворачивает на улицу, где располагаются дома братств. Кругом припаркованы машины, и нам приходится оставить свою через несколько домов от дома «Сигмы» и дальше идти пешком.
Дин, Такер и Холлис уже ждут нас на лужайке перед огромным зданием и передают друг другу косяк.
Дин протягивает его мне, и я делаю глубокую затяжку, наполняя свои легкие, а затем выпускаю облачко дыма в теплый ночной воздух.
– Догадайся, кто только что пришел, – мурлычет Дин. – Твоя первокурсница. Хотя, наверное, сейчас она уже на втором курсе.
Мой пульс ускоряется:
– Грейс здесь?
Он кивает:
– Да, но… она, э-э-э, не одна.
