Дес перехватил руку моего первого мужа, и они исчезли в теневом переходе, а я помчалась вниз, по пути прихватив с собой управляющего для помощи.
Еще когда спускалась в святилище, почувствовала какое-то напряжение в воздухе. Он как будто был ионизированным, а родовой алтарь в пещере буквально сиял, ослепляя своей яркостью.
Прикрыв глаза, мы подобрались к нему, и я резанула ладонь, припечатывая ее к камню.
В этот раз все было по-другому. Моя рука намертво прилипла к алтарю, а в голове тут же застучало набатом: опасность, опасность!
Постепенно начала всплывать новая информация: скопление магии на границе с графством Мерзана — отвлекающий маневр.
Защитный периметр нарушен. Основной темный ритуал проводится прямо сейчас в Саларской пустоши.
Черт, надо предупредить моих мужчин!
В ответ прилетело:
«Они уже знают, все тени направились туда».
А дальше я снова, как и тогда, когда мы забирали мое наследство из схронов, будто подключилась через духа рода к обзорной камере. Сердце замерло от открывшейся картины.
Выскакивающие из теневых переходов соратники моего ассасина вступили в бой с магами в масках, которые образовали что-то вроде плотного охранного периметра. А за ним, в самом центре сложного, светящегося фиолетовым светом рисунка, похожего на пентаграмму, стоял Мерзан. От его рук под землю уходили какие-то темные клубящиеся жгуты. Он будто выпивал силы пустоши и качал их в центр ритуального рисунка, зачитывая текст на незнакомом мне языке."
"Честно говоря, советника я еле узнала.
Сейчас он был сам на себя не похож. По его обнаженному по пояс телу змеились узоры, похожие на отметины на коже у сианолов, только они были зловеще черными и будто перетекали под кожей, в том числе и на лице. Белки почернели, превращая лицо мужчины в маску с жуткими провалами вместо глаз. Подняв руки перед собой на уровне головы ладонями вперед, он совершал странные движения пальцами, как будто пытался что-то разорвать впереди. А затем… Затем он вдруг встрепенулся, повернул голову и уставился прямо на меня!
И тут я почувствовала, что не могу отвести взгляд, а из меня как будто выкачивают энергию.
— Леди, что с вами? У вас глаза почернели! Леди Алана, очнитесь! — послышался как будто издалека крик управляющего.
И в этот момент вдруг в одну и ту же точку над пентаграммой начали бить молнии. Раз, еще раз, и еще! Сначала с периодичностью в двадцать секунд, потом в пятнадцать, затем в десять, а дальше все чаще и чаще.
