Ее узкие плечи опущены, а вся поза говорит о том, что она все понимает, что бы ей там не наговорили. Она приняла всю ситуацию и сейчас просто ждет своего конца.
Слезы душат меня, но я силой воли загоняю их обратно. И все равно мне удается лишь негромко и жалобно позвать ее:
– Мам…
Она тут же оборачивается, и растягивает потрескавшиеся губы в улыбке. Да, болезнь не пощадила ее: она постарела лет на десять, в ее некогда шикарных волосах проблескивает седина, а лицо испещрено морщинами. И пусть! Все равно она для меня самый близкий и родной человек.
А болезнь мы обязательно победим. Мама будет жить! Даже ценой моего собственного счастья.
– Кирочка, солнышко, – она тянет ко мне руки, и я немедля бросаюсь к ней в объятия.
– Как ты, мам?
– Все хорошо, котенок. Только домой очень хочется…
По ее жалобному взгляду понимаю, что это из-за того, что она оказалась в этой палате. И немудрено: она рассчитана на четверых, все оставшиеся три койки заняты, и пациенты очень тяжелые.
Кто-то стонет от боли, кто-то наполовину перевязан…и пахнет тут соответствующе.
– Нельзя, мам. Ты же понимаешь, у нас лечение. Насчет палаты не переживай. Это досадное недоразумение. Я уже всем всыпала по первое число, сегодня вечером, ну, или край завтра тебя уже переведут обратно. Ты должна выздороветь! И жить!
– Ох, солнышко…Моя девочка, – мама со слезами на глазах нежно гладит меня по волосам и шепчет: – Ты так дорого за это заплатишь…
Она как будто понимает, чего мне это будет стоить.
Как будто видит всю ту вселенскую грусть, которую я безрезультатно пытаюсь утопить внутри себя.
– Ерунда, мам! – нарочито бодро произношу. – Деньги для того и созданы, чтобы их тратить. Я еще заработаю! А ты поправляйся. И ни о чем не думай.
Весь вечер и всю ночь я лежу на диване, свернувшись клубочком. Кручу кольцо на пальце, утирая периодически катящиеся слезы и вспоминая все самые счастливые моменты, связанные со Стасом.
– Я знаю, что сделаю тебе больно.
Но, надеюсь, когда – нибудь ты узнаешь правду и поймешь…
А на следующее утро я уже стою в кабинете чудовища.
– Я согласна, – выпаливаю фразу, которую не так давно произнесла совершенно другому мужчине.
– Умница, девочка, – довольно усмехается Андрей Евгеньевич. – Я знал, что ты примешь верное решение.
– А вы разве оставили мне выбор?
– Выбор есть всегда. Просто я немного…как бы это сказать…подтолкнул тебя к правильному решению.
