Вы не можете на самом деле хотеть, чтобы ваш сын связал свою жизнь с дампиркой.
Даниэлла улыбнулась – неуверенно, но по-доброму.
– А ты-то сама собираешься связать с ним свою жизнь? Выйти за него замуж, остепениться?
Эти вопросы застали меня врасплох.
– Я… нет… в смысле, я не хочу обидеть Адриана, просто я никогда…
– …вообще не планировала остепениться? – Она понимающе кивнула. – Я так и думала. Поверь, раньше Адриан вел себя ужасно несерьезно, и все уже перестали ждать, что он когда-нибудь изменится. Я слышала о тебе, Роза… все слышали.
И восхищаюсь тобой. Судя по тому, что мне известно, могу предположить – ты не того типа девушка, которая готова отказаться от миссии стража и стать просто домохозяйкой.
– Вы правы.
– Поэтому я не вижу тут проблемы. Вы оба очень молоды и сейчас вольны делать все, что пожелаете. Однако я… точнее, мы с тобой понимаем, что даже если всю оставшуюся жизнь ты время от времени будешь встречаться с Адрианом, это не означает, что вы поженитесь и остепенитесь. И отношение Натана – или кого угодно еще – не играет тут никакой роли.
Так устроена жизнь. Так устроена ты – я вижу это по твоим глазам. Татьяна тоже поняла это, поэтому и перестала принимать ваши отношения близко к сердцу. Тебе нужна борьба, этим путем ты и пойдешь. По крайней мере, если действительно собираешься быть стражем.
– Собираюсь."
"Я удивленно смотрела на нее: ее позиция ошеломляла. Она была первой известной мне королевской моройкой, которая не сходила с ума от досады от одной мысли о возможном браке своего отпрыска и дампирки.
Если бы другие думали так же, это многим облегчило бы жизнь. И она была права, не придавая значения позиции Натана. Даже будь Дмитрий здесь, и это ни на что не повлияло бы. Суть в том, что мы с Адрианом не можем быть вместе всю оставшуюся жизнь, потому что я всегда буду выполнять обязанности стража, а не бездельничать, как он. Осознание этого вызывало ощущение свободы… но одновременно и грусти.
За ее спиной я увидела идущего по коридору Адриана. Даниэлла наклонилась ко мне и, понизив голос, сказала тоном обеспокоенной матери:
– Но знаешь что, Роза? Хотя я совершенно нормально воспринимаю то, что вы встречаетесь и счастливы этим, пожалуйста, постарайся не разбить его сердце вдребезги, когда придет время расстаться.
Четыре
О разговоре с его матерью я предпочла Адриану не рассказывать. По пути назад в гостиницу не требовалась никакая психическая связь, чтобы почувствовать, в каком неоднозначном настроении он пребывал.
