Заниматься любимым делом, приносить пользу. Отдыхать от рутины и быта… Пожалуй, в следующем видео я обязательно расскажу слушательницам о секретах успешного брака… И дело вовсе не в домашних обедах или чистоте в доме…
— Стоп! Снято. Перерыв двадцать минут, — командует оператор."
"Снимаю фартук и спешу в кабинет мужа. Дамир говорит с кем-то по телефону, но, завидев меня, расплывается в улыбке.
— Викуль, закончили?
— Перерыв. Как дела? Есть новости?
— Вроде договорились. Давид сказал, что прокурор — мужик адекватный, особо не прислушивается к Лыкову.
— И сколько Сергею дадут?
— Давид просит год, прокурор — два. Вик, он уже отсидел пять месяцев. Жанна восстановилась, ее ребенок не пострадал. Неужели, судья не примет это во внимание?
— Я уверена, что примет. Сергея судят впервые. Это ведь тоже имеет значение? — потирая ноющую поясницу, произношу я.
— Садись, родная, — спохватывается Дамир. — А лучше ложись. Помочь тебе снять обувь?
— Нет, я сама могу, — улыбаюсь я.
— А зачем тебе делать что-то самой, если у тебя есть муж? — чмокает он меня в нос.
За окном многоголосием звенит июнь: чирикают воробьи, жужжат насекомые, плещется вода в фонтане сквера… Разгоряченный асфальт парит. Солнечные лучи отражаются от стекол витрин…
У меня внутри такое же цветущее лето… Счастье, о котором я не мечтала, любовь и… рай.
— Дамир, я тебя так люблю, — шепчу, поглаживая его кисть. — Танюшка сказала, что назовет сына твоим именем. Она так радовалась, когда узнала, что у нас будет дочка.
Опасалась, что пол ребенка мы до самых родов не узнаем.
— Знаю, знаю… Она мне все уши прожужжала. Ее сыночек сразу всем показался, а наша куколка пряталась до последнего.
— Переживаю я за нее… Хорошо, что учеба закончилась.
— Забей, Вик. Таня никому себя не даст в обиду. Да и кто посмел бы что-то сказать, если Тема ее женихом представился. Уж я-то знаю, какой он может напустить на себя хмурый вид… Директриса готова была под стол залезть от стыда и чувства вины.
Молчу, боясь высказать свои мечты… Я бы очень хотела, чтобы у них сложились отношения. После скандального расставания с Никитой Танечка даже заговорить боялась о новом романе… Даже думать не желала о них.
«Мам, я всегда буду одна. Никого не хочу».
А потом кто-то написал анонимку в органы опеки. Проверяющие приходили в школу, пытались унизить Танечку, выспрашивали про отца ребенка и атмосферу в семье… Даже настояли на том, чтобы ""наглец"" явился в школу.
