Да уж… Только почему так не вовремя? А, быть может, малыш — мое спасение? Лекарство от боли и одиночества?
— Как я могу сердиться? Вы же правы были… Я и сама не ждала…
Интересно, а какой срок у Жанны? Сережа, получается, знает обо всем? И Танечка…
Тишину кабинета нарушает отчетливое биение сердечка… Разве я могу унывать? Не имею права, не могу… Да и справлюсь я без Сережи… Хоть он и не воспринимает мое увлечение всерьез, я не пропаду…
— Викусь, а ты печешь до сих пор? Заказы принимаешь? Или муж взял на себя заботы о семье? А Танечка как? В десятом уже?
— Да, Галина Антоновна.
В десятом…
— Все показатели в норме, плод развивается в соответствии со сроком. Я тебя на учет поставлю. Нужно будет кое-какие анализы и мужу сдать.
А для Жанночки он сдавал? Может, предложить Галине Антоновне забрать их из карты Лыковой? А что — зачем напрягаться?
Теперь на развод нужно подать, переехать… От родителей мне досталась квартира в новостройке, там бетонные стены, на полу стяжка… Три года назад они продали дом бабули в селе и вложили деньги в строительство.
Я планировала летом ремонт делать, дура…
— Ты какая-то озабоченная, Вик. Ничего не болит? Все в порядке?
— Нет, Галина Антоновна. Обычные хлопоты.
Самые обычные… Развод, переезд в квартиру без мебели и техники, новая жизнь. И все это в сорок лет… Время, когда большинство женщин наслаждаются покоем и наступившей, наконец, стабильностью… Куда идти? Неужели, просить приюта у подруги детства Зойки? Им с Никиткой и так тесно в однушке, а тут я…
— Держи направления на анализы.
Явиться нужно через две недели, — произносит медсестра Алена. — А шарфик можешь Лыковой сама передать. Она через две улицы от вас живет, в новостройке на проспекте Анджиевского.
— Отлично. Я как раз хотела забежать туда… Там мясной магазин открылся, вы знали? — глуповато моргаю.
А дом тот шикарный... Вычурный, яркий, под стать Жанночке...
— Нет. Записывать будешь? Дом семь, квартира одиннадцать.
А зачем мне ее адрес, спрашивается? В гости меня не звали.
Я ведь все уже видела… Что еще нужно?
Забираю карту и вылетаю на улицу. Куда идти? Дома нет больше… Уютного, родного, моего… Нет его… Вернее, меня в нем нет. Я где-то на распутье, посередине шаткого моста. Подо мной пропасть неизвестности.
Но она лучше, чем ложь…
— Зойка, мне так плохо. Зой… — всхлипываю в динамик я.
— Что случилось, Викуль? Что-то с малышом? Ты дошла до поликлиники?
— С ним все в порядке. У меня даже фотография УЗИ есть.
