И дай бог чтобы только интригу…
Где должны встретиться Клим и Тарас?
«На том же месте», – сказала Лилька.
Тут и думать не надо. На том же месте…
Это место– вот что больше всего пугало Веронику.
И почему Клим согласился на эту встречу? Опять поверил Тарасу? Поверил в то, что тот раскаялся? Нет, нет… Клим был уже не настолько доверчив. Клим боялся за Веронику – вот почему согласился встретиться с Тарасом. Он хотел знать, что затевает Тарас.
Клим даже не предупредил Веронику, что ему звонил Тарас, что собирается сегодня на встречу с Тарасом… Если бы верил в то, что Тарас раскаялся, – сообщил бы Веронике.
Клим скрыл этот звонок от Вероники. Он не верил Тарасу. Он захотел разобраться сам…
«Ладно, допустим, Тарас затеял очередную пакость… Клим понял это, он захотел встретиться со своим противником лицом к лицу. Чтобы предпринять упреждающие меры…» – лихорадочно думала Вероника, торопливо шагая по узким улочкам Немецкой слободы. Было начало четвертого – все тротуары забиты припаркованными автомобилями, но дорога – пуста, лишь изредка проезжала машина, но ни одна не остановилась на призывные взмахи Вероникиной руки.
Ни одного частника, ни одного таксиста…
Троллейбусы здесь не ходили, трамваи напрямую – тоже (чтобы добраться до нужной, надо было садиться на один маршрут, потом пересаживаться на другой…). Словом, заколдованное место!
Вероника почти бежала к транспортной развязке – там было больше шансов поймать такси – и нещадно ругала себя за то, что так и не получила водительских прав.
Была бы сейчас сама себе хозяйкой…
На бегу она достала сотовый, чтобы позвонить Климу, но он не отвечал.
Что затеял Тарас?
«А что может затеять человек, который считает, что его предали? Который уже не может нормально жить – есть, пить, общаться с другими людьми, работать? На что там сегодня намекала Лилька? На какие такие осечки? Это стало для Тараса последней каплей, точно!» – неожиданно осознала Вероника.
Тарасу больше нечего терять. Он хочет сделать то, на что не мог решиться двадцать лет назад, – убить Клима.
На том же самом месте. А еще говорят, что в одну реку нельзя войти дважды…
Вероника наконец выскочила на оживленную трассу, взмахнула рукой. Сразу притормозило несколько машин.
– На Переведеновское, пожалуйста… Сколько скажете. Только побыстрей! – кинулась она к первой.
В машине она продолжила терзать сотовый. Без результата.
«Не стоит прогибаться под изменчивый мир, пусть лучше он прогнется под нас…» – пело радио голосом Макаревича.
