Но ничего с собой не могу поделать! Я ж все равно в человека не смогу выстрелить… Я такой, какой есть."
"– Ты мне нравишься, – убежденно произнесла Вероника. „В самом деле… Оружие иногда спасало своих хозяев, но стольких же и губило… Гарантии, что оно спасет жизнь, в любом случае нет“. – Я тебя принимаю – таким.
– Правда?
– Правда… Ох, как ты мне нравишься! – повисла Вероника на шее Клима. – Ну почему, почему ты не вернулся в Москву, не нашел меня…
– Ты уже была замужем за Тарасом.
– А мать? О матери ты думал?
– О какой матери?
– О своей, какой же еще!
– Моя мама умерла, – очень спокойно произнес Клим.
– Меня, Ника, ничего больше не держало в Москве…
У Вероники мороз пробежал по спине.
– Клим, милый… А кто тебе сказал, что твоя мама умерла?
Клим замер. Потом нашарил сзади стул, сел. Лицо его при этом продолжало оставаться спокойным, даже бесстрастным…
– Клим! – Вероника бросилась к нему, присела, глядя снизу вверх, взяла его руки в свои.
Клим смотрел ей в глаза, но у Вероники возникло ощущение, что он смотрит сквозь нее… Смотрит куда-то далеко. В прошлое.
Потом с трудом произнес:
– Когда мы встретились с Тарасом… осенью… он сказал мне две вещи. Первое – что вы с ним поженились. Второе – что мамы больше нет. Сердце… Я спросил – где могила, а он: „Ни в коем случае не ходи туда, Клим, там тебя будут ждать… Беги и не возвращайся“. Он солгал, да?
– Да.
Клим закрыл глаза.
– Мама… жива? – одними губами произнес он.
– Я была у нее недавно. Маргарита Сергеевна жива и здорова. Прекрасно себя чувствует. Она ждет тебя.
По лицу Клима пробежала легкая судорога.
„Господи, Тарас… зачем ты это сделал?.. – с ужасом подумала Вероника. – Ты так ненавидел Клима? За что? Нет, ты его не ненавидел… То есть ненавидел, но не до такой степени… Ты осторожный, ты хитрый. Подобные поступки творят с холодной головой, с ясным рассудком. Дьявольский, прекрасно продуманный план. Ты изгнал Клима навсегда, окончательно.
Ты ничего ему не оставил, всего лишил, чтобы не было у него повода возвращаться. Да-а, это лучше убийства по-всякому – ведь даже тела никто не найдет!“
– Едем. – Клим вскочил, но тут же пошатнулся, словно пьяный.
– Куда… Погоди. Тебе надо успокоиться, прийти в себя! – вцепилась в него Вероника. – Разве ты сможешь в таком состоянии сесть за руль?
– Да, да… – Он снова опустился на стул, провел ладонью по лицу.
