А Макс хочет, и заслуживает, оказаться дома, чтобы, свернувшись на диване, плакать и кричать на нас.
– Плакать – может быть, – улыбаясь, сказал я сестре. – А крики ни к чему.
– Но… Лу? – мама умоляюще взглянула на отца.
Я наклонился и поцеловал ее в щеку.
– Прости, мам. Я люблю тебя.
– Я тоже тебя люблю, но Макс… – Какое-то время она боролась с собой, потом встала и крепко обняла меня. – Нет, я знаю. И, кажется, все понимаю. Правда.
– Поговорим позже, хорошо?
– Конечно. Обязательно.
– Увидимся, Мо, – я похлопал его по спине.
Грызя хлебную палочку, он что-то пробормотал в ответ и поднял вверх большой палец.
– Рэйч…
– Мы здесь до воскресенья, – многозначительно проговорила она. – Ты появишься до этого времени. Или я сама тебя отыщу.
– Не сомневаюсь.
Я подошел к отцу и присел перед ним на корточки. Перед незнакомцем, что за семь лет сказал мне три слова.
– Я ценю твою попытку, но это… все это неправильно. Так мы ничего не уладим. Мы сидим за одним столом, но даже не разговариваем. Просто притворяемся, что ты спокойно принимаешь меня настоящего.
– Макс, – проговорил отец. Кажется, он хотел добавить что-то еще, но обвел взглядом переполненный ресторан и снова замолчал.
– Все в порядке. Мы можем попытаться снова. – В горле встал ком. – Я… здесь. Всегда рядом. Но не так. Я больше не хочу притворяться. И нам, определенно, нужно сказать друг другу все, что осталось невысказанным. Согласен?
Он чуть кивнул, затем прочистил горло.
– Если ты этого хочешь.
– Да, – ответил я, понимая, что иду на риск.
Ведь отец мог не предложить ничего взамен. Но этого мне было мало. Я заслужил большего.
Я неловко похлопал его по руке, попрощался с Анжелой и малышкой, взъерошил близнецам волосы. Рэйчел чмокнула Сайласа в щеку и послала мне воздушный поцелуй. Потом Сайлас попросил официантку принести пальто, и мы ушли.
На улице Сайлас притянул меня к себе и крепко обнял.
– Как ты себя чувствуешь? – спросил он.
– Не знаю. Словно я отложил все дела. Может, мне следовало смириться и просидеть весь ужин, но…
– Но ты честен, – проговорил Сайлас, и, шагая по тротуару, взял меня за руку.
– И не пойдешь на компромисс. Вот твои отличительные черты. Только теперь мы остались без праздника Дня благодарения. Но не думай об этом, Максимилиан. Я уже заскочил к папе и Эдди, и сейчас не хочу тебя ни с кем делить.
– Тот китайский ресторанчик рядом с твоей квартирой еще открыт?
– Ты про нашу квартиру? Да.
– Тогда пошли. Об определяющих жизнь местоимениях поговорим позже.
