Когда солнце начало садиться, мы направились обратно на стоянку, и мне пришло в голову, что у нас обоих рано закончилось детство. Мне выпало очень мало субботних дней, когда можно просто оставаться юным и беззаботным и играть с друзьями в видеоигры. А счастливые детские воспоминания Макса, вероятно, испортила жестокость родителей, вышвырнувших его из дома на улицу. Когда мы забрались в «Астон», на лицах застыло одинаковое сытое выражение. Не от еды, хотя желудки мы тоже набили. Просто мы насытились этим днем, наполнились им, вернув то, что когда-то потеряли.
Я остановился возле гаража. Мы сидели в машине в сгущающихся сумерках. Сердце гулко колотилось всю обратную дорогу, а в тишине машины застучало лишь громче. Конечно же, Макс его услышал.
– Ну, – медленно произнес он. – Спасибо. Все прошло чертовски идеально. Как раз то, что мне было нужно.
– Мне тоже, – неуклюже проговорил я и словно примерз к сиденью, руки прилипли к рулю, а взгляд приковался к пустой белой гаражной двери впереди.
– Ну ладно.
Увидимся позже?
– Ага.
Макс попытался что-то сказать. Хотелось, чтобы он произнес нечто, способное вывести меня из оцепенения. То, что смогло бы разорвать путы стыда и смятения, все еще пытавшиеся обвиться вокруг меня и выдавить жизнь.
Но он передумал. Вероятно, решил сделать одолжение, освободив для меня пространство.
– Позже, Сай, – проговорил он и выбрался из машины.
Из заднего кармана его джинсов выпал бумажник, скользнув между дверцей и пассажирским сиденьем. Не заметив, он захлопнул дверцу и направился в сторону дома.
– Черт, – пробормотал я. – Черт, черт, черт.
Я резко схватил бумажник, затем выскочил из машины.
– Макс, – позвал я, голос звучал невнятно и хрипло. – Ты оставил вот это.
Он остановился у боковой двери и обернулся, ожидая, когда я к нему подойду. Ноги донесли меня за три больших шага.
– Вот черт, спасибо, – проговорил он. – Мне бы пришлось несладко, если бы…
Я схватил его за полы куртки, притянул к себе. И, заглушая конец фразы, прижался губами к его губам.
ГЛАВА 16
МаксИ внезапно, в один безумный миг вся моя реальность свелась к Сайласу Маршу.
Я потрясенно замер. А потом меня накрыли ощущения, проникая внутрь, вызывая жар во всем теле. Вместо крови по жилам потек жидкий огонь, нервные окончания, казалось, наэлектризовались. Я обнял его, притянул к себе, зарылся пальцами в волосы, провел руками по плечам, спине, стремясь почувствовать его, ощутить бурлящую под ладонями силу и мощь.
