Чтобы мне как можно скорее доставили классический «Гранд» и связались со мной, чтоб уточнить детали.
Не знаю, какого черта я заказал пианино. Но теперь хотя бы не придется гадать, почему я не купил его раньше.
И, наконец, я отправил сообщение Сильвии, что завтра не приду. Она тут же прислала ответ.
Я размышляла, стоит ли писать. Вдруг вам хочется уединения. Что происходит? Милтон??? Он уже прислал служебку о своем «повышении».
Я сдержал стон и написал:
Поговорим во вторник. Если новый босс спросит про меня, скажи, пусть отвалит.
Молчание, а потом:
Сайлас, мне жаль.
Губы растянулись в улыбке. Сильвия никогда не называла меня Сайласом. Наверное, потому, что я всегда оставался для нее хладнокровным засранцем.
Спасибо. За все. Увидимся во вторник."
"Желудок на меня больше не злился, поэтому я заказал китайскую еду из любимого местечка за углом. Обалденный чоу-мейн. Я сидел на диване и смотрел новости, спорт, все, что показывали. Когда принесли заказ, я съел лапшу, возясь с палочками, но не сдался и не взялся за вилку, хотя за мной никто не следил.
Я лег спать, и на следующее утро почувствовал себя намного лучше. Так хорошо мне не было последние несколько месяцев, а может, и лет.
Я надел джинсы, синий «Хенли» и темно-серые кроссовки «Феррагамо». Прислонившись к холодильнику, доел холодную лапшу из коробки, не обращая внимания на глупое волнение в груди при мыли о том, что собирался сделать. По дороге в отцовское поместье стало еще хуже. Живот скрутило так же, как и с похмелья.
От нервов.
Черт, я нервничал. Из-за парня.
«Не ходи туда».
Чисана затаилась на краю сознания, готовая вот-вот наброситься.
Припарковавшись возле гаража, я направился внутрь. И осознал, что понятия не имею, дежурит ли Макс. Я не мог разыскивать его по всему дому, словно сообщая всем, что приехал лишь ради Макса. И я направился к единственному человеку, которому мог доверять.
– Рамона, Макс на смене? Мне нужно с ним поговорить.
Она улыбнулась мне с другой стороны кухонного стола.
– Ну почему же. У него выходной. Он сказал, что поедет в город на целый день.
– Черт, он уже ушел?
– Понятия не имею. Может, пока у себя в комнате.
– Хорошо, я посмотрю. Спасибо, – сухо проговорил я. По-деловому. – А Эдди?
– На улице с Марджори. Во дворе. Она принесла ему очень милую трость. Он вышел прогуляться ради «хорошего телосложения».
– Отлично, спасибо.
Выйдя из кухни, я направился в восточное крыло. Теперь сердце мое не просто трепетало.
