Она не успела договорить, как мужская рука обвила её талию и впечатала в крепкую как никогда ранее кажущуюся каменной грудную клетку.
Дальше - хуже.
Он собрал её волосы и оттянул назад, запрокидывая голову и заставляя смотреть себе в лицо. Адреналин в крови Солы подскочил до максимума, сердце забилось где-то в горле. Она открыла рот, намереваясь что-то сказать, но не смогла произнесли ни слова.
Глаза Анджея... Они остановили её, лишили дара речи. Потемневшие, превратившиеся в расплавленное золото, они едва ли не полностью заполнили радужку, напоминая Соле с кем она имеет дело.
...никто не знает, что она тут...
...с ним...
...она в полной его власти с первого дня...
Что ему мешает причинить ей вред?
Ничего.
И никто.
Сола задышала глубже, грудную клетку сжали в невидимые тиски.
Мужчина, точно не замечая её реакции или делая вид, что не видит, склонился ниже. А, может, ему попросту было плевать на чувство Солы. На её беспомощность рядом с ним. Горячее дыхание обожгло лицо девушки.
- Я повторю один раз, Сола.
И пусть Луна или ваш Всевышний поможет тебе услышать, - Анджей тщательно проговаривал каждое слово. При этом его верхняя губа угрожающе приподнялась, добавляя багровых красок в происходящее. - Ты находишься рядом со мной. Спишь в моей постели. Значит, ты моя женщина. И пока ты носишь этот статус, ты принадлежишь только мне. Объясняю далее...
Он как-то шумно, протяжно выдохнул. Сола, может, и обратила внимание на этот выдох, если её не затягивала внутрь некая воронка, что распахнула объятия и настырно уносила девушку внутрь.
- Что это значит. Ты не смотришь на других мужчин. Не кокетничаешь с ними. Не позволяешь к себе..., - снова выдох, - прикасаться. Последнее будет иметь особенно печальные последствия. Для всех.
- Ты угрожаешь мне? - непослушными враз онемевшими губами прошептала Сола.
- Я объясняю правила игры, девочка.
Ей, несмотря на тянущие неприятные ощущения в затылке, удалось покачать головой.
- Я их не принимаю.
- Поздно.
Она могла ещё что-то сказать.
Не успела.
Анджей, яростно сверкнув глазами, поцеловал её. Накрыл губы Солы своими. Яростно и требовательно. Не неся с собой нежности, трепета. Он наказывал. Брал. Показывал, кто из них главный.
В первые секунды Сола опешила. Она застонала, протестуя. Уперлась руками.
- Отвечай мне, Сола' - рявкнул мужчина и добавил мягче: - И не советую сопротивляться, девочка.
Последние слова произнес хрипло. Но не менее пугающе.
- Анджей...
Ей не дали договорить, снова поцеловав.
