– Вы ведь специально такую отыскали, да? Знали, что я никогда не смогу ее прогнать?
– Не прогнать – не значит жениться. Я исходил вовсе не из этого критерия, Вольдемар. Не надо считать меня совсем уж бесчувственным политиком. Кстати, она не очень высокого мнения об иртинском палаче и горит желанием высказать ему все, что о нем думает.
Князь снова споткнулся, тихонько выругался.
– Что я еще должен знать, герцог?
Тот откровенно веселился.
– Слава бежит впереди тебя. А я смотрю, ты очень ловко этим пользуешься.
Такого не ожидали от тебя те, кто стал распускать слухи.
– Если я чем-то пользуюсь, еще не значит, что мне это нравится.
– Понимаю. Потому и предупредил, чтобы ты был готов и знал, чего можно ожидать от Риолы. Впрочем, полагаю, после беседы с принцессой она изменила свое мнение о тебе, но все еще растеряна. Не знает, чему верить.
– Ладно, будем решать проблемы по мере их поступления. – Князь распахнул дверь кабинета, выпуская гостей, вышел и повернулся к Винкору: – Абрахим, отправь какого-нибудь слугу, пусть пригласит всех господ в замке за стол.
И нашу гостью пусть пригласят, – велел он. – Хотя наверняка не придет, – добавил он, когда секретарь вышел.
Предсказание князя сбылось полностью. Подошедший слуга передал от госпожи извинение:
– Госпожа передавала, что она отправляется в баню.
Князь хмыкнул, а граф с герцогом недоуменно посмотрели на него.
– Потом объясню, – отмахнулся князь от вопросов. – Хотя и не думал, что ее сразу потянет в баню.
"
"– Госпожа попала в одну из ловушек маркизы, – сообщил подошедший Гюнтер. – Я уже послал за ней и господином Кортом.
Пока шли к столовой, князь объяснил про ловушки Аливии и Корта. Герцога такой подход развеселил, граф же недоуменно нахмурился.
– Я бы выпорол за подобное, – наконец выдал он.
– Пусть играются, – без улыбки ответил князь. – Чем больше времени они проводят вдвоем, тем сильнее подружатся. Нельзя ненавидеть того, с кем весело шалил.
Такой подход к вопросу заставил графа задуматься, но ответить он ничего не успел – они уже подошли к столовой.
Князь терпеть не мог разных церемоний, тем более за столом, а потому обед проходил в самой непринужденной обстановке. Вошедшие садились там, где хотели, слуги тут же приносили блюда с едой, соблюдая порядок. Следующие порции несли по просьбе любого из обедающих, не дожидаясь, когда доедят остальные. Если кто-то поел раньше, то мог совершенно свободно покинуть столовую.
