Впервые он может разговаривать свысока с кем-то равным себе. Похоже, он и о цели забыл, так загордился – главный в столице!
И уж если герцог Эндорский не слушал Лодерского, то маркиза Савского и графа Дирана, являвшегося главным в столице в отсутствие короля, он вообще ни во что не ставил. Граф, впрочем, и не пытался встревать. Первые два дня он смотрел на все творившееся вокруг, а потом вдруг исчез. Сначала это никого не встревожило, пока из лагеря войск герцога Торендского не стали приходить воззвания от имени графа к солдатам гарнизона – оставлять мятежников и переходить на сторону короля.
Конрон, по простоте душевной, сначала просто хотел отрубить перебежавшему к ним графу голову. Графу удалось его убедить, что это имеет право сделать только король. Но тут граф попал в руки к Джерому, с которым у него состоялся продолжительный разговор, после чего Диран вышел из палатки задумчивый и готовый к сотрудничеству.
– Оно, конечно, все зависит от короля, – заявил напоследок графу Джером. – Вот только королю о произошедшем мы ведь докладывать будем.
Мы можем сообщить, что некий граф участвовал в мятеже, а потом, когда понял, что проиграл, перебежал к нам, чтобы спасти свою шкуру. А можно сказать, что вы проникли в замыслы мятежников и, когда собрали все сведения, рискуя жизнью, пришли с ними к нам. Может, в первом случае вас и помилуют, но карьеру свою вы загубите. А во втором – станете героем.
Диран колебался недолго, а Джером, довольный вербовкой, активно записывал все сведения, которые выдал ему перебежчик, для отчета герцогу.
Ну и еще наметил других кандидатов на вербовку. А чтобы окончательно привязать графа, он и придумал эти обращения к солдатам, в эффективность которых совершенно не верил. Однако сработало, хотя и не так, как рассчитывали: побежали не солдаты, а дворяне, кто еще оставался в городе. И в этот момент подошли отряды герцога Вертонского, появлению которых не обрадовался ни Конрон, ни Джером. К счастью, герцог Вертонский уже старик и самолично возглавить армию не может, а с его командиром можно и договориться.
Впрочем, тот, как это ни странно, на первые роли не рвался, видимо, получил соответствующий приказ."
"Его появление привело к совершенно неожиданным последствиям – в городе вспыхнул бунт стражников во главе с маркизом Савским, который и открыл ворота столицы перед армией своего отца. Тут же возобновились задавленные террором волнения, и началась форменная охота на солдат герцога Эндорского.
