А после смерти дяди он получил в распоряжение целое баронство.
– Я за ним присмотрю. – Голос графа ничуть не изменился, но в этот момент Риола очень сильно посочувствовала неизвестному Эндону. Тут девушка заметила, что за ней наблюдают и граф, и герцог.
– Риола, – заговорил Ленор Алазорский, заметив, что баронесса очнулась от дум. – Мы с графом ведь не просто так при тебе все это говорим. Я советую очень внимательно присмотреться к раскладу при дворе. И опасайся Эндона – он очень сильно не любит князя, а зная, кто ты, он вполне может устроить тебе какую-нибудь пакость.
– А кто я? Вы, ваша светлость, уверяли, что выбор останется за мной?
– Так и есть, – кивнул Ленор. – И дело, как я уже говорил, даже не в моем обещании, а в характере князя. Но Эндон, когда дело касается князя, теряет даже тот ум, который у него есть.
– Спасибо, я запомню. – «И зачем я во все это ввязалась?» – ясно отразилось в тоскливом взгляде девушки. Но сдаваться было совсем не в ее характере, и она быстро взяла себя в руки.
– А почему вы называете его князем? Что это вообще такое?
– Герцог Торендский Вольдемар, как вы слышали, иностранец. А князь – это титул у него на родине, соответствующий нашему герцогскому. Его уже многие только по этому титулу и зовут. Герцогов ведь в королевстве много, а князь один.
– Что еще больше подчеркивает его необычайность, – добавил граф. – А многие ничтожества очень не любят тех, кто вот так неожиданно выбивается вверх и не по заслугам, по их мнению, забирает себе все лавры.
Кто-то называет его везунчиком, а все его победы – прихотью фортуны.
– А вы, граф, так не считаете? – Любопытство победило даже страх перед Танзани.
– Я провел рядом с князем много времени. Везение у него есть, но оно совершенно не определяет его успехи. Но в чем они заключаются, я вам сказать не могу – это трудно объяснить. Вы сами поймете, когда познакомитесь с ним. Одно могу сказать: он очень необычный человек, которого сильно потрепало в жизни. Не каждый из тех, кто уже в летах, пережил столько, сколько досталось ему.
Потому порой кажется, что князь совершенно лишен эмоций.
С ума сойти! Риола даже рот открыла от удивления. И это говорит придворный, которого в королевстве за глаза называют ледяным графом. Если уж Танзани считает, что этот князь лишен эмоций…"
"– Не пугай девушку, – поморщился герцог. – Риола, уверяю, все не так страшно…
В дверь, прерывая разговор, постучали. Граф неторопливо вышел из комнаты, но тут же вернулся.
