– Это когда неизвестно, чей труп, – успокоила я его, – а тут все ясно.
– Вы ведь тоже из милиции? – тихо поинтересовался Никита.
Не желая вдаваться в подробности, я кивнула:
– Вроде того.
– Давайте я вам расскажу, а вы к следователю сами зайдите.
– Ладно, – обрадовалась я. – А что рассказывать станешь?
– Про нас с Жанной, – прошелестел Никита, – только ничего противозаконного мы не делали, все по обоюдному согласию.
– Давай, колись, – приказала я и, налив ему еще кофе, приготовилась слушать.
Жанна и Никита родом из Иркутска.
Отца у них нет, а мама работала художником в Доме культуры железнодорожников.
– Погоди, погоди, – заволновалась я, – как это – папы нет, а мама – художница? У кого? У тебя или у Жанны?
– У двоих, – ответил Никита.
– Надо же, какое совпадение, – поразилась я.
Парень посмотрел на меня.
– Вы не поняли. Мы не муж и жена, мы брат с сестрой.
– Как? Зачем же вы тогда перед всеми супругами прикидывались?
– Это Жанна придумала. Она ведь была очень красивая и умная, – продолжил Никита.
Разница у них всего в один год, Никита старше, но на самом деле верховодила в тандеме Жанна. Апатичный Кит слушался сестру беспрекословно. Учились они в одном классе, вместе получили аттестаты и рука об руку отправились покорять Москву, хотели поступить в Строгановское училище, но срезались на рисунке. Жанна не растерялась и отнесла документы в архитектурный, а когда и там вышел облом, кинулась в полиграфический. Но им везде не везло, не добирали баллов."
"Уезжать из шумной, яркой Москвы в сонный, провинциальный Иркутск страшно не хотелось.
В столице все время что-то происходило – выставки, презентации, всякие культурные мероприятия. Жанночка и Никита – натуры артистические, мечтавшие стать художниками, просто зубами скрипели от злости, представляя свое возвращение домой. Да еще Никиту тут же бы забрали в армию. Честно говоря, после трех неудач парень приуныл, сложил лапки и покорился обстоятельствам. Но у Жанны был другой характер. Природа, наверное, ошиблась, наградив девочку мужскими качествами – невероятным честолюбием, завышенной самооценкой, патологическим усердием, желанием во что бы то ни стало пробиться в люди и вырваться из нищеты.
Вся женская мягкость, нерешительность, слезливость, перепады настроения достались Никите.
Жанна отыскала в столице техникум, готовивший гримеров и художников сцены. Конкурс туда был небольшой, и ребятам удалось попасть на первый курс. Поселились они в общежитии и три года страшно бедствовали.
