После чего посмеиваясь отправились обратно, в крепость. Дела ведь не ждали.
Андрей отправился новым заходом к Игнату, который вроде бы отдыхал. А кузнец проводил его взглядом и пошел беседовать с сыном. Глаза же его не были столь веселые, как несколько минут назад. Скорее озадаченные и задумчивые.
— Ты кому-нибудь говорил? — тихо, практически шепотом произнес он.
— О чем?
— О том, что ты мне про хозяина сказывал.
— Нет, батя.
— А он уже знает. Берегись! Не то накличешь на нас беду! Следи за языком!
Глава 8
1553 год, 8 июля, поместье Андрея на реке ШатМарфа, несмотря на всю свою «безрукость», занималась не только «маранием» бересты.
Она старалась, все-таки помогать. В силу своих способностей и возможностей. Видимо стыдно было. Тем более, что писанина не отнимала много времени. Даже с учетом заготовки и подготовки бересты, которую все одно в основном выполняла не она.
Вот и сегодня эта юная дама отправилась с вдовушками и детворой на речку. Бабы белье стирать, а она с «мелкими» — по ягоды. Там как раз добрый косогор имелся, поросший дикой клубникой[14].
Не столько для того, чтобы покушать, сколько для того, чтобы насушить впрок. Чая то не имелось. И в качестве его заменителя пили всякого рода травяные отвары, в которые по возможности добавляли ягоды всякие для вкуса.
Тут-то неприятный сюрприз и произошел.
Марфа даже сразу не поняла, что случилось.
Дети и бабы завизжали и забегали. А когда она сообразила, то оказалась на полянке одна против трех незнакомых мужчин самой бандитской наружности.
— Глянь какая краля… — демонстративно облизнувшись произнес один из них.
— Ты нас не бойся, — хохотнул второй. — Мы тебя не обидим.
— Так, позабавимся немного, — согласился с ним третий. — Но разве это обида?
Молодая женщина заметалась.
— Что вам нужно?!
— Муженек твой. Сейчас мы тебя скрутим. А потом с него спросим.
— Али ему твоя жизнь не дорога? Так ты скажи. Неволить не станем. Пустим по кругу и ножом по горлу. Чтобы не мучать зря.
— Ты не спеши! — хохотнул второй. — Может мы ей полюбимся…
Марфа отшатнулась от него и ее за плечи схватил первый разбойник, вышедший из леса.
Схватил, да и зафиксировал, так как силенок вырваться из его крепких рук у нее явно не хватало.
— Не рыпайся! Пташка! — с придыханием произнес он ей на самое ухо. Но громко. Так, что остальные тоже все услышали и заржали.
Тут-то Алису, сидящую в теле почившей Марфы, и поразил панический удар[15]…
Родилась и выросла рыжая девчушка Алиса в южном Дагестане[16].
