Просто…"
"— Милая, я мальчик большенький хоть и сижу в этой юной тушке. И прекрасно знаю, как устроена женщина. Поверь, ничего нового ты мне не сказала. Но я все равно не могу понять — почему ты решилась? Ведь совсем недавно говорила, что не хочешь.
— Говорила.
— Так что?
— Передумала.
— Врешь же.
— Слушай… — хотела возмутиться Марфа, но Андрей приложил к ее губам палец.
— Мама над душой стоит?
— Все время до и после свадьбы КАЖДАЯ женщина считала своим долгом об этом со мной поговорить. Они меня просто с ума сводили.
И я бы и в первую брачную ночь не противилась. Но уж очень настрой у меня был дурной. Я ведь боялась тебя как огня. Когда у мужчины репутация напрочь отмороженного североморского пингвина желания родить ему ребенка это не добавляет. Я дня два или три только спустя нашего разговора во той ночи осознала, НАСКОЛЬКО мне повезло. И оттаяла.
— Ясно… — покачав головой, произнес Андрей и, встав, начал одеваться.
— Ты чего?
— Работать нужно.
Марфа тут же метнулась к нему и, обняв, уткнулась в грудь.
— Прости меня.
— За что?
— Я… я дура. Ты ведь тогда на меня обиделся, когда я не захотела беременеть? Знаю. Обиделся. Жена и не хочет. Это обидно. Любой бы обиделся. Прости. Я сама была не своя.
— Ты боялась меня. А сейчас, стало быть, нет?
— Нет. Сейчас я понимаю — ты единственная моя надежда и защита.
Андрей не стал ей отвечать. Просто молча поиграл желваками, смотря куда-то в пустоту перед собой. На фоне страшного раздражения, вызванного «демократическими процессами», ему сложно было все услышанное принять и понять.
Ему казалось, что Марфа пытается им манипулировать.
Хотелось сказать что-то очень грубое. Оттолкнуть ее. Но прижавшееся к нему обнаженное женское тело было удивительно приятно ощущать. Как ни крути, а гормоны и юность собственной «тушки» сильно давили на разум.
Видимо что-то подобное поняв, Марфа начала целовать его торс, плавно опускаясь ниже. Пока не дошла до самого интересного, благо, что молодое тело быстро восстанавливалось… Не очень гигиенично, но она была не сильно брезгливой девочкой.
Особенно в моменты, когда решалась ее судьба…
Ситуация получилась в какой-то мере курьезная.
Марфа вела себя вполне сообразной своей женской природы. Для которой характерна определенная неустойчивость и эмоциональные метания. Ярче всего эта особенность, конечно, проявляется в те моменты жизни, когда у дам лихо скачет гормональный фон. Поэтому «расколбас» мнений и изрядная неустойчивость желаний не выглядели ничему удивительным.
