Воткнули в землю стрелы перед собой, так как не имели колчанов. И начали пускать их — куда-то туда в сторону крепости. Стрелы эти были явным дерьмом. Без оперений с наспех сделанными костяными наконечниками.
Андрей, когда понял, что они делают, даже несколько обалдел. Ведь их наконечники отличались хоть и изрядной остротой, но чрезмерной хрупкостью. Из-за чего представляли угрозу только для людей, лишенных всякой защиты. В то время как все остальные, одетые в кольчугу или хотя бы в тегиляй чувствовали себя сухо и комфортно.
Ведь низкая энергия стрелы и хрупкость костяного наконечника снижали вероятность пробития черепа почти до нуля. Понятное дело, что оставались варианты вроде поражения сонных артерий. Но шансы для таких исходов выглядели крайне незначительными.
Так вот — начали стрелять.
И на укрепление посыпались эти подарки. Не прицельно. Просто — «в ту степь». Главное, чтобы за стены куда-то залетали.
Вскрикнула жена кузнеца. Ей эта стрела попала в руку, когда она забиралась в башенку над колодцем. Но ее успели подхватить и втянуть туда.
И оказать помощь уже внутри, благо, что стрела пробила мягкие ткани и извлечь ее не представляло никакой сложности.
— Давай! — буркнул Андрей пареньку, и тот нажал педаль, открывая одну из фронтальных бойниц.
Вжих!
Унеслась стрела. И секундой позже вскрикнул один из стрелков. Это был обычный крестьянин, стрелявший из простого лука. Явно самодельного лука. Обычная палка с тетивой, причем даже оструганная не аккуратно. И снаряжение он имел соответствующее — ему под стать.
Рубаха и порты из грубо сотканного крапивного волокна. Задержать стрелу, разумеется, эта тряпица не могла, особенно с граненым шиловидным наконечником — бодкином. Поэтому та бедолаге особенно глубоко и зашла, пробив грудную клетку.
Тем временем остальные разбойники ринулись на приступ. Единым фронтом, как и татары в прошлый раз, пытаясь перегрузить локально жидкую оборону защитников. Причем быстро. Бегом. Стараясь как можно скорее добраться до крепостной стены.
— А! — воскликнул один разбойник, зацепившийся ногой за колышек и рухнув на землю.
И почти тут же хором начали отзываться перекличкой ему многие другие, продемонстрировав фееричный «падеж» личного состава. И далеко не всегда это оказывалось безобидным падением. Кто-то повреждал себе ногу, о ямку или колышек, вывернув ее или еще как травмировав. Кто-то неудачно падал, портя себя руки. Самые же «везучие» умудрялись напороться телом на другие колья. Редко с мгновенно летальным исходом.
