— Но торговлишку все одно, решил не откладывать?
— А готовы ли у тебя товары?
— Масла светильного чуть за полбочки, — улыбнулся Андрей.
— СКОЛЬКО?! — поперхнулся Агафон.
— Я тебе под честное слово его передам. Сколько сможешь — сейчас заплатишь. Остальное или по моему возвращению, или, если со мной что случиться — супруге моей передашь. Ну что, сговорились о том?
— Как есть сговорились! — радостно воскликнул Агафон и протянул руку. Андрей пожал ее прилюдно. И все вокруг засуетились. Нужно было спешить. Мало ли десятник уже выехал? Встретится с ним в пути очень не хотелось.
Вряд ли он вдоль реки поедет. Если на конях, то есть путь и покороче. Поэтому прошмыгнуть в Тулу, разминувшись с ним, у Агафона все шансы имелись.
Сено спешно выгружали с больших решеток, поставленных на лодки. Из-за чего те со стороны выглядели как плавающие стога. Не очень высокие. Не очень остойчивые. Но довезли. И не сильно оно отсырело при этом. Оставалось лишь немного подсушить, раскидав перед крепостью. А потом убрать в сарай.
Зерна он тоже привез, в том числе овса для лошадей. И иного корма. Одежды зимней. И прочего, что Андрей просил. Но все равно, не покрыл этим и пятой части, передаваемого ему «светильного масла», даже с учетом той бросовой цены о которой еще весной сговорились.
Сам же Агафон, улучил момент и отведя парня в сторонку, спросил:
— Только масло сие светильное продаешь ныне?
— Сам же говоришь какая беда приключилась. Мню, нужно выждать. Если обойдется, то и не только масло.
Купец вдумчиво огляделся, примечая — не подслушивает ли их кто, а потом наклонившись прямо над ухом, уточнил:
— Сколько той краски?
— Не спеши.
— Я же должен знать, сколько денег собирать.
— Друг мой, — наклонился ему на самое ухо Андрей, — нам бы сейчас особо не привлекать к себе внимания. А то не ровен час на дыбе окажемся. Будем рядом висеть, раскачиваться и вообще очень весело время проводить. А добрые люди станут нам в зад раскаленным прутом тыкать. Не спеши. Я говорил осенью — значит осенью.
— Значит она будет?
— Афанасий, я полагаю, знает?
— С чего ты взял?
— А с чего он обо мне печется? — ухмыльнулся Андрей.
— Царь не митрополит. Держава одна, а кормушки разные.
— Грубо.
— Зато честно. Помозгуй пока над тем, откуда краска может взяться.
— А много ли ее?
— Это будет зависеть от цены. Больше дешевой не будет. Сам понимаешь, в убыток люди работать не станут.
— Значит торговлишка сие, в обход мыта.
— Отец дела вел. Со мной поговорили. Но опасаются.
