Но оставить свою подопечную она не могла и, собрав волю в кулак, отправилась к лорду Немекзару уговаривать взять ее с собой. Он хмурился, пытался прожечь Светлану взглядом, намекал на то, что она плохой наездник, но в итоге согласился.
Светина душа, растревоженная словесными баталиями, требовала утешения, и девушка отправилась к тому, кто был способен дать ей спокойствие и уверенность — к капитану гвардии Ингвару Лисарту. Несмотря на короткие встречи урывками мужчина становился ей все ближе и именно у него Света искала утешения и поддержки.
* * *
— Лана, — мужчина прижал Свету к себе. — Давай уедем вместе.
— Вместе? — Светлана не готова была к подобному разговору. Куда уехать? Зачем? У нее здесь ребенок вообще-то. — Куда?
— У меня домик есть, правда далеко отсюда, в Аинтхейме. Там тихо, спокойно. Поженимся, заведем кучу ребятишек. — Он ласково гладил Светлану по спине и волосам. — Ты же любишь детей?
— Люблю, — эхом отозвалась женщина в его объятиях.
— Так ты согласна? — он прижал ее к себе еще крепче и мягко прикоснулся губами к виску.
Голос Ингвара звучал так успокаивающе, так маняще, что сопротивляться было невозможно, сама суть Светланы тянулась к нему. «Да, да, согласна, едем» рвалось с языка. И Света обняла мужчину покрепче, спрятала лицо у него на груди и отрицательно покачала головой.
Мужчмна мягко отстранил ее, нежно взяв за подбородок, приподнял ее лицо и, глядя в глаза, спросил:
— Лана? — Света уловила нотки разочарования в голосе мужчины.
«Это конец!» — решила она.
— Я не могу, — призналась Света и снова спряталась на широкой груди.
Как же больно, когда рвется душа! Больше всего на свете она хотела быть с ним. Ей уже было плевать на прошлые ошибки, хотелось снова кому-то доверять. Найти то самое — простое женское счастье — быть с любимым, создать семью, родить детей. Жить и стариться вместе, делить радость и невзгоды, просто быть рядом и чувствовать родное плечо. А вместо этого — невыносимые драконы и невыполнимые обязательства.
«Не-на-ви-жу!» — от безысходности ситуации хотелось завыть по-бабьи, с причитаниями и проклятиями. В этот момент Светлана поняла, что свое синеглазое чудо она безвозвратно теряет. «Все, отпустить его и уйти, он все-равно не поймет…»
Она безвольно уронила руки и отодвинулась.
— Почему? — голос мужчины звучал мягко.
И снова волной поднялось желание все-все ему рассказать — и про себя, и про демиургов, и про обязательства по защите Аэлики.
