Так обрадовались хиорсе, думают я им ее отдам? Как бы не так! Ах, вкусненько! Гладь же меня, женщина, гладь! Хорошо! Ладно, забирай себе мою добычу, я согласен на беленькую вкусняшку. Не надо? Ну и ладно! Как выкинуть? Не, есть не буду, не аппетитно. Ладно, выкидывай, я сегодня добрый. Пойду мамке расскажу, что двуногие за возможность выкинуть хиорсу дают энергию, вкусняшку и делают мне хорошо… Какая ж у меня мамка умная, да? Ни одна мантикора еще не пробовала двуногих под свою лапу взять, только моя мамочка, вот так, да! Они скоро все из моих лапок будут есть.
И даже дракон! Ха, маникор — повелитель драконов! Круто, да? Интересные слова в голове у моей девицы, пойду к ней наведаюсь, а то ведь, глупенькая сапса, пропадет без меня!»
Задрав хвост и расправив на его кончике подросшие колючки, «повелитель драконов» важно отправился в свои покои. Он не знал, что к регулярно передаваемым для мамы в эфир мыслеобразам с любопытством присматриваются и другие полуразумные магические кошки. Не знал он и о том, что некоторые молодые мантикоры всерьез задумались, где им прихватить в личное владение пару-тройку двуногих, а в идеале раздобыть детеныша дракона.
* * *
За ночь Светлана, увы, но так и не придумала, как ей защитить наследницу. Упрямые драконы слушать ее не желали, и Света решила поделиться с Аэликой своим видением ситуации.
— Аэлика, я хочу посоветоваться с тобой, — начала Света.
Драконочка удивилась, но кивнула.
— Мне кажется странным то, что происходит в замке. Ты не помнишь того, что случилось у обрыва.
Нет, нет, — поспешила успокоить драконочку Света, увидев, что глаза ребенка влажно заблестели. — Я не обвиняю тебя. Меня беспокоят скорее проблемы с памятью. И те случаи, что случились раньше, — тот шамарус, что хотел броситься в реку. Тебе не показалось, что его кто-то туда направил?
— Нет, Лана. Шамарусы слушаются поводьев, но больше сами решают, куда им идти. Горные тропы узкие и опасные, и наездники больше полагаются на животных, чем на свои умения. Шамарусы осторожные и аккуратные.
— То есть этот черв… зверь не мог сам броситься с обрыва. Но почему тогда? Только не говори, что это ты его туда направила.
Аэлика задумалась.
— На самом деле я не знаю, — ответила она спустя некоторое время.
— Как это?
— Шамарусы, когда двигаются, так плавно раскачиваются, что засыпаешь. Упасть с них невозможно — там магическая страховка для детей. Такой, как бы кокон из силовых нитей. Я уснула тогда. Проснулась, когда меня выдернули из седла.
