Медсёстры только сейчас сказали мне об этом, и я тут же набрала тебя.
Телефон едва не падает из рук на асфальт! Я понимаю, что это государственная больница, а Аня не маленькая девочка, за которой нужен круглосуточный надзор, но не могли они чуточку раньше сообщить мне об этом?! Вдруг сестра уже приняла дозу? Вдруг сорвалась? Что, если все недели лечения оказались напрасными? Это мой страшный сон. Не хочу, чтобы подобное ещё раз повторилось.
Не удосужившись попрощаться с врачом, кладу трубку и ищу в контактах номер Анькиной подруги.
Маме не имеет смысла звонить, наверное… Вряд ли сестра вернулась домой. Не после того скандала, который мать устроила дочери в день оформления в стационар.
Камилла сообщает, что Ани у неё нет, но даёт мне номер ещё одной подруги, которая может знать, как найти сестру. По цепочке я выхожу на Славу. Она подтверждает, что Аня рядом и я могу приехать, чтобы забрать её.
О спокойном вечере можно забыть.
Потратив три часа на поиски пропахшего плесенью барака, я наконец нахожу Аньку и, крепко ухватив её за локоть, сажаю в такси.
Понять на глаз, принимала ли она наркотики, не могу, но от сестры разит дешёвым пойлом.
Мы оказываемся дома в десятом часу. Сестра трезвеет моментально, едва проходит в мою квартиру. Послушно принимает душ, надевает чистую одежду и, опустив глаза в пол, выслушивает ругань.
— Юль, прости… Я не принимала наркотики. Только выпила.
— Для чего, Ань?
— Клянусь, больше не стану!
Я включаю чайник, завариваю мятный чай.
Нам не мешает успокоиться и без нервов обсудить, как быть дальше.
— Хочешь, я завтра вернусь в больницу?
— Поздно, Ань! Поздно! Людмила Сергеевна взяла тебя по старой дружбе с матерью, а теперь отказывается вести столь проблемную пациентку.
Сестра всхлипывает и закрывает ладонями лицо. Худющая, слабая. На кого Аня теперь похожа?"
"Хочется орать в голос на всю округу, чтобы родители разговаривали с детьми о вреде наркотиков чуть ли не с пелёнок. Для нашей матери такие темы были табу.
Она делала вид, что подобных проблем в этом мире не существует вовсе. Как и алкоголя, насилия, никотина или рабства…
Я отдаю сестре любимый удобный диван, а себе стелю на полу и, засыпая, загадываю желание, чтобы во сне мне приснился долгожданный отпуск. Желательно где-нибудь на необитаемом острове, подальше от надоедливых телефонных звонков и сложных родственников…
Глава 26
Необитаемый остров мне не приснился, увы.
