Нет нормальной охраны и камер наблюдения на каждом углу. Мы делаем всё, что возможно, вот только сама Аня тоже должна идти нам навстречу! Иначе все усилия будут пустыми.
— Она говорила, что хочет лечиться… — отвечаю ей тихим голосом.
— Как видишь. — Стужина разводит руки в стороны. — Очередная попытка бегства.
Мы замолкаем. На глаза наворачиваются слёзы.
— Тебе бы определить девочку в хорошую частную клинику, где за ней будет круглосуточный уход. Там опытные психологи работают, используются новые методики и даже гипноз.
И обстановка современная, домашняя. Разрешены прогулки, и поощряются творческие увлечения. Хочешь, дам контакты клиники?
— Хочу.
Она достаёт визитку из нагрудного кармана халата и протягивает мне. На серебристом прямоугольнике чёрными буквами написано: «Клиника наркологии «Спасение». Надо будет позвонить туда и узнать стоимость.
— Спасибо, Людмила Сергеевна. Я тогда забегу к Ане.
— Беги, — кивает доктор.
Поднимаюсь на этаж выше, медленно бреду по тёмным извилистым коридорам.
Как так получилось, что мы с матерью её упустили? Почему сразу же не заметили, что Ане нужна помощь? Каждый раз, приходя её проведать, я задаюсь этим вопросом. Корю себя за невнимательность. За то, что не интересовалась жизнью родного человека.
В палате, помимо Ани, находится ещё одна девушка. Молодая, едва старше моей сестры. Заметив меня, она вскакивает с кровати и выходит в коридор, оставляя нас наедине.
— Привет, Нюта. Как ты?
Сестра не шевелясь лежит на постели и пялится в стену.
Она красивая девчонка. Была. Полная моя противоположность: тёмные густые волосы, карие глаза и заострённые черты лица. Сейчас тон её кожи бледнее, чем обычно. Это следствие употребления наркотиков. Людмила Сергеевна сказала, что организм сестры слишком ослаб. Ей потребуется много времени, чтобы полностью восстановиться и вывести из себя эту дрянь.
— Зачем ты пришла?
— Ань…
Я опускаюсь на кровать, глажу её по спине. Жалко до дрожи. Худенькая, щуплая, одни кости торчат.
Будто узница концлагеря. А всё потому, что отказывается есть. Спасают только капельницы с глюкозой.
Неожиданно Аня садится на кровати и бросается меня обнимать. Всхлипывает, а затем начинает громко плакать, точно, ребёнок, который споткнулся на своём пути и больно упал, содрав колени до крови. Я глажу её спутанные волосы и тихо прошу успокоиться. Я здесь, рядом. Всегда буду рядом и никогда от неё не откажусь.
— Юль, забери меня отсюда, умоляю.
