Я обязана защитить своего малыша! И если для этого нужно кривить душой — сделаю без единого сомнения. Ненавижу Лютого всем сердцем! Но…
— Конечно, — всхлипнула женщина и порывисто обняла меня. — Конечно, я помогу, чем смогу. — Я ощутила сырость на шее, а Мария не унималась: — Ты настоящий ангел, Ангелина! Я и не предполагала… Конечно, я помогу! Вот же увалень Лёшка!
Я практически ощутила на своей голове рога, а пониже спины хвост. Не ангел я, Мария. Уже не ангел. И виноват в этом как раз ваш “увалень Лёшка”. Я бы хотела смотреть и наслаждаться, как он корчится в муках, но… мы, чёрт побери, в одной с ним связке!
— Мы можем ехать на УЗИ? — холодно уточнила я.
— Или у вас ещё есть вопросы?
— Нет, — утирая мокрые щёки, всхлипнула она и с трудом улыбнулась: — Ты удивительная! Так бороться за ребёнка от нелюбимого.
Я сжала челюсти до боли. Хуже. За ребёнка от насильника. Но я буду бороться до последнего вздоха. И это не обсуждается.
В машине пахло еловой смолой и кориандром. Я сидела и смотрела вперёд и, не обращая внимания на Лютого, старалась не сталкиваться взглядом с Сергеем.
Ненавидела их всех! Отчаянно. Всем сердцем желала страшных страданий. Умоляла время двигаться быстрее, чтобы мы оказались у больницы.
За окном густой сосновый лес постепенно редел, пока не растаял без следа. Замелькали дома и, скрываясь в зарослях, убегали назад разноцветные заборы. Постепенно загородные дачи сменили панельные постройки, на нас надвигалась громада города. Но внутри машины напряжение нарастало, будто по обивке пробегали искры тока.
Я не тешила себя надеждой, что моя выходка останется без наказания. Смотрела, как капельки пота катились по мускулистой шее Лютого, его перевитым венами мощным рукам и ждала неминуемого взрыва. Съёжившись на сидении, я гадала, чем он ответит на мой дерзкий поступок.
Может ли он отобрать у меня что-то ещё?
Глава 35. Ангел
— Сказала ей? — тихо спросил Лютый, глядя в окно. Будто ему было неприятно на меня смотреть, но я словила отражение его лица в стекле, и черные глаза пронзили меня насквозь, будто хотели убить.
Спина мужчины выгнулась дугой, мышцы вздулись, а кулаки сжались."
"Как же страшно и… хорошо! Совершенно противоположные эмоции завернули меня в вихрь, пронзили грудь дикой смесью льда и жара, расползлись по венам, вызывая подрагивание кончиков пальцев. Я не позволила себе опустить глаз, проговорила чётко:
— Сказала.
Лютый немного повернулся, я смогла рассмотреть его рубленный профиль и тяжелый подбородок.
