Перед нами в дом внесли Лютого, и Эля тихонько всхлипнула. Я же воспользовалась заминкой, чтобы осмотреться в холле. Заметив пожилую женщину, вцепилась в неё взглядом и беззвучно прошептала:
— Помогите. Умоляю. Позвоните в полицию. Помогите!
Женщина опустила глаза и, засуетившись, быстро удалилась. Меня толкнули в спину, повели по коридору. Тканевые обои благородного бордового оттенка мерцали в искусственном свете, тяжёлые шторы на окнах наглухо задёрнуты, ковёр под ногами скрадывал звук шагов. Лишь тяжёлое дыхание тех, кто тащил Лютого и всхлипывания Эли нарушали тишину дома.
Когда распахнулись тяжёлые из тёмного дерева двери, я царапнула взглядом стоящего к нам лицом мужчину лет пятидесяти. Холёное лицо, ухоженные седые волосы, сшитый на заказ идеально сидящий на поджарой фигуре костюм — похоже на человека нашего круга, но я не знала его, никогда не встречала.
На меня он не смотрел, лишь глянул на плачущую Элю и недовольно нахмурился. Глянул на того, кто тащил меня:
— Что произошло? Почему Лютый без сознания?
— На него станок упал с блинами, — виновато, будто это он уронил железяки, ответил удерживающий меня.
Подтолкнул меня к мужчине: — Эту собой закрывал.
Тонкие губы на холёном лице дрогнули, но хозяин дома не прокомментировал. Лишь кивнул своим людям:
— Привести в чувство.
Лютого усадили на большой крепкий стул и, привязав, расступились. Один из незнакомцев принёс наполненную водой банку и вылил всё на голову моего мучителя. Шрам дрогнул, шумно выдохнул и дёрнул головой.
Хозяин, не обращая внимания, что дорогущий ковёр заливает смешанная с грязью и кровью вода, подошёл к Лютому и наотмашь ударил его по лицу. Я и сама была в опасном положении, но не смогла сдержать удовольствия от увиденного, улыбнулась.
Столкнувшись взглядом с обернувшимся хозяином, тут же поджала губы и опустила голову. Но, увы, внимание уже привлекла. Мужчина неторопливо приблизился и, поочерёдно окинув меня и Элю оценивающим взглядом, с безразличием произнёс:
— Ты обещал убрать девку, но мало того, что отпустил её, так ещё и в своё логово притащил.
Он снова посмотрел на Лютого, а я видела, как начала вздыматься грудь привязанного к стулу урода. Шрам точно очнулся.
Я же после услышанного судорожно втянула щиплющий гортань газ, который ещё недавно был воздухом, да задрожала всем телом. Вспомнила, как сжал Лютый пальцы на моей шее, как попытался задушить, но почему-то отпустил и, выбросив из машины, исчез из моей жизни. Жаль, что не навсегда.
