В тусклые бессолнечные дни оно выглядит скромнее, не заливая сиянием всю кисть, но я никак не могу прекратить рассматривать его грани, думая о своём.
Примерно через две недели Катарина должна разрешиться от бремени — и тогда же проклятые снова должны будут напасть на столицу. Но что если я уже приняла на себя этот удар? Что если неудавшаяся атака проклятого на дворец князя и есть то самое событие, после которого в прошлый раз моя жизнь пошла под откос? Может, всё самое плохое уже произошло? Хотелось бы верить, но подлый червячок сомнения по-прежнему грызёт душу.
Я даже Алисе не хочу рассказывать о своих переживаниях. В них столько привязано к Эмилю, что подруга непременно начнёт лукаво улыбаться, сводя всё к обсуждению далекой, но неуклонно приближающейся свадьбы. Я же так путаюсь в собственных чувствах, что думать ещё и об этом совершенно не хочу.
На дорожке за спиной шуршит гравий, слышится звук шагов. Мила что-то говорит, ей отвечает негромкий мужской баритон, и я подбираюсь в ожидании, а сердце вдруг бешено бьётся, грозя выскочить из груди.
Неужели всё-таки Эмиль?
С равнодушным видом поворачиваю голову. Острое разочарование пронзает нутро: это не Эмиль. Рядом с Милой идёт Адриан Шмидт. Его русые волосы, остриженные по плечи, забраны в низкий хвост, на поясе с одной стороны висит кинжал, с другой — револьвер. Военный мундир из тёмно-синего сукна подчёркивает атлетичную фигуру.
— Ваше благородие, герцог Адриан Шмитд к вашим услугам, — представляется с поклоном мужчина, а я благосклонно киваю.
— Прошу прощения, герцог, я бы с удовольствием поприветствовала вас, как подобает, но мне сегодня что-то нехорошо, — вру я с очаровательной улыбкой. На самом деле внутри поднимает голову банальная вредность. Притворившись, что не узнала его, спрашиваю: — Вы служите под началом его высочества, верно?
В последний раз я видела герцога Шмидта в день, когда мы с Эмилем разговаривали в беседке парка. Боги, это было месяц назад, а кажется словно прошло сто лет.
— Истинно так, миледи, — кланяется герцог.
— Моя подруга, графиня Алиса Вельтман, — спохватившись, представляю я Алису. Мужчина целует её пальцы, и та заливается краской смущения.
— Вы очаровательны, миледи, — светским тоном говорит герцог, чем вызывает робкую улыбку девушки. — Я не смею беспокоить ваш отдых, баронесса, но порученное мне дело не ждёт.
Откладываю книгу на столик, с интересом наблюдая, как мужчина достаёт из шкатулки свиток с подвешенной печатью и футлярчик поменьше.
