Та выдёргивает рукав из моей хватки и снова ныряет за ширму, притаскивая куль с одеждой.
— Вот, миледи. По счастью, в ваши вещи попали баронские брюки. Конечно, они на пять размеров больше, но подвяжем поясом и будет хорошо.
— Подожди. — Я отталкиваю протягиваемый мне наряд. Подхожу к Адриану, заставляя поднять взгляд. — Что за ерунда? Князь сейчас в темнице, его нужно вытащить из дворца любой ценой!"
"— Увы, миледи, это не входит в наши планы, — твёрдо отвечает мужчина.
Я поочерёдно смотрю на него, Кристиана, Виктора.
Все трое крайне серьёзны, даже герцог Берг не высказывается против этой нелепой затеи.
— Вы знаете, что с ним сделает Луиза завтра в полночь? — тихо говорю я, с трудом сдерживая нарастающий гнев. — Так я вам расскажу. Она обратит его в проклятого, чтобы с помощью его силы подчинить всех остальных проклятых в Сиории. Вы должны спасти Эмиля, он не справится со всем этим в одиночку: у него не осталось Сияния, а Тень контролирует Луиза.
Мужчины молчат, а я сжимаю пальцы в кулаки с такой силой, что ногти больно впиваются в ладони.
— Неужели вы бросите его только по тому, что он заражён этой дрянью? — Щёки заливает горячим румянцем от злости, но я ещё держусь. — Так и я не лучше.
Показываю Адриану руку, ладонь которой опутывают сумеречные нити. Он хмурится, но ничего не отвечает.
— Тень тут не причём, — мягко отвечает Кристиан. — Вы должны пойти с нами, миледи.
— А как же Алиса? — снова поворачиваюсь к Адриану. — Она тоже идёт с нами? А Мила?
— Нет, Лия.
— Подруга встаёт рядом с герцогом, плечом к плечу. — Ты должна спастись, а мы с Милой прикроем ваш побег, насколько это будет возможно.
— С ума сошла? — еле сдерживаюсь, чтобы не перейти на крик. — Ты понимаешь, что с тобой будет? Луиза не станет держать тебя в Тени, она вырвет правду о том, куда мы сбежали, и ты ещё будешь умолять её выслушать тебя.
Говорю самые ужасные вещи, какие только приходят в голову, понимая, что так всё и будет, если не хуже. Боюсь, мне не дано представить всю ярость Луизы и то, как она станет отыгрываться на Алисе.
Надеюсь напугать её настолько, чтобы она даже думать перестала о таких глупостях.
Подруга бледнеет, прижимаясь к Адриану. Тот бросает на меня осуждающий взгляд, но мне наплевать.
— Я не смогу вас тут бросить. Это верная и мучительная смерть. Мила, хоть ты ей скажи!
Гувернантка скрещивает руки на груди, сверля меня грозным взглядом.
— Нет, миледи, вы пойдёте с господами и всё тут. Разговор окончен.
