Маменька пыталась нагнать меня у выхода из залы, но её грубо остановил гвардеец. Опешившая от случившегося Софья безуспешно попробовала поговорить с Катариной, но та лишь отмахнулась от вдовы, как от назойливой мухи.
Эмиля, опутанного сетями Тени, увели в темницу. Адриан и Виктор намеревались прорваться к нему, но всех троих вместе с Кристианом сковали магией и отконвоировали прочь.
Гости семьями подходили к трону: целовать протянутую руку Катарины, кланяться Луизе и приносить клятву верности Стефану. Если кому-то и было это не по нраву, то он молчал: как императрица отняла Сияние у великого князя, так же она могла лишить титула — а вместе с ним и магии — почти любого аристократа.
Все мы — заложники императорской семьи, в том числе я и Алиса.
Мы долго молчим, прижавшись друг к другу в ночной темноте гостиной. Подруга, вцепившись в рукав моего платья, тихо плачет, я поглаживаю её по спине, а сама смотрю в пустоту невидящим взглядом. Никак не могу собрать весь пазл целиком.
Луиза — наследница Адельбергов? Кто бы рассказал — не поверила, но я своими глазами видела, как ей легко подчинилась Тень Эмиля.
Только её руки не чернели от запретной магии, требовавшей плату кровью — значит, проклятье над ней не властно. Но Тень Илоны была такой же, как у князя… и у меня. Ничего не понимаю. Они ведь сёстры, разве это возможно?
Но больше всего меня волнует, почему Катарина ввязалась в столь мутную игру с наследницей Тени. Она не похожа на зачарованную — судя по её речи в зале, императрица с удовольствием помогала Луизе всё это время, но зачем они ждали так долго, ведь могли подчинить Стефана в любой момент? Неужели из-за меня? Похоже, это они подставили меня в тот раз, но зачем? И какая роль отведена мне сейчас?
Вспоминаю об Эмиле, и руки сами собой сжимаются в кулаки.
Лишённый Сияния, с подчинённой Тенью — даже теперь он остаётся угрозой для Катарины. Командующий Северной армией, он обладает властью и без магии. С кристальной ясностью понимаю: Эмиль не выйдет из дворца живым.
Какая горькая ирония! В прошлый раз казнили меня, а теперь это происходит с ним.
У меня не остаётся слёз. Я добилась своего, изменила судьбу. Эмиля скоро отправят на плаху, а я, если подтвержу всё, что Катарина наговорила в зале, смогу упрочить своё положение при дворе. Возможно, в благодарность Луиза даже отсрочит проклятье. «Всё, как ты хотела, Лия». Вот только я не чувствую радости. Эмиль умрёт — без сомнений, а я ничем не могу ему помочь.
