— Я хочу убедиться, что все устроится как положено. Если все в порядке, я остаюсь. Завтра я пришлю за вещами.
Вайолет огляделась по сторонам. Дом казался совершенно пустым, ни звука не доносилось из гостиной или кабинета. Рула нигде не было, в этом она была уверена, она всегда ощущала его присутствие.
— А где сегодня его светлость? — спросила она Хэтфилда, худого старого дворецкого.
— Лорд Рул уехал в контору «Заводов Гриффина». Там он обычно проводит все свое время.
— Понятно.
Поскольку она не смогла поговорить с ним до его отъезда, то от миссис Локхарт поедет прямиком на завод.
— Желаете что-нибудь передать ему?
— Спасибо, нет. Я поговорю с ним позже. — Она повернулась к Кэролайн. — Позволь мне захватить мою шаль, и я буду готова ехать.
Бросившись наверх, она вернулась с теплым кашемировым платком. Апрель в Англии был холодным месяцем, сегодняшний день не был исключением. Хэтфилд взял платок из ее рук и завернул ее плечи в мягкую ткань.
Кэролайн уже надела накидку. Несколькими минутами позже они наняли опрятную двуколку на углу и направились в сторону Белгрейвии, где жила бабушка Кэролайн.
Дул порывистый весенний ветер, и Вайолет порадовалась, что взяла платок. Вокруг них улицы оживленно шумели: сновали пешеходы, торговые экипажи. Мимо проехала запряженная лошадьми конка, выкрашенная в красный и желтый. Несколько мужчин сидели наверху, тогда как остальные свисали с подножек. На тротуарах играли дети, мальчишки продавали уголь и газеты.
Вскоре они достигли дома бабушки, миссис Локхарт.
Это было большое каменное сооружение, за фасадом которого хорошо ухаживали. Внутри было опрятно, хотя не мешало бы все обновить. Аделаида Локхарт, добродушная пожилая женщина с вьющимися седыми волосами и такими же, как у Кэролайн, голубыми глазами, великолепно вписывалась в интерьер, и не важно было, что ковры давно вытерлись, а мебель вышла из моды.
В деньгах нужды не было. Мистер Локхарт, успешный торговец, очень много сделал для своей семьи, отец Кэролайн продолжил эту традицию, сколотив в Америке огромное состояние.
Глаза Аделаиды Локхарт затуманились, когда она смотрела на внучку, которую не видела столько лет.
— О, моя дорогая! Ты такая хорошенькая! Такие же голубые глаза, как у деда. Упокой Господь его душу!
— Как замечательно, что я приехала к тебе, бабушка!
Миссис Локхарт так же тепло приветствовала и Вайолет, после чего они прошли за ней в гостиную, где их уже ждал чай с пирожными.
