— Что ты там видишь, Кир? — я проследила за направлением его взгляда, но как обычно ничего не увидела. — Любопытно.
Была у меня одна догадка… Я решила ее проверить.
— Это ты, старый друг? — я взглянула в угол, но, конечно, там никого не было. Способность видеть духа предков ко мне так и не вернулась. Похоже, они изначально была не моей, а сына. — Ты уж береги его, — попросила я."
"Лица коснулся легкий ветерок, хотя, казалось бы, появиться ему было неоткуда. Я поняла: это ответ духа. Я грустила, что больше не вижу его, но теперь тоска улеглась.
Пусть заботится о наследнике. С таким заступником я могу быть спокойна за сына.
— Что случилось? — к колыбели подошел Алатар. — С кем ты говорила?
— Наш сын видит духов, — сообщила я.
— Ты тоже их видела, — кивнул муж.
— Но Кир, похоже, еще и понимает их.
— Владыка Тумана, которому будут доступна вся мудрость предыдущих поколений, — мечтательно произнес Алатар. — Это ли не лучший правитель?
— Возможно, это не единственные его способности, — заметила я.
— Уверен, что так.
С нетерпением жду, как еще себя проявит наш сын. А пока…
Алатар обнял меня и привлек к себе. Его горячий поцелуй мгновенно разжег во мне ответный огонь. Муж подхватил меня на руки и понес в сторону кровати.
— А как же Кир? Он не спит. Кто его укачает? — возмутилась я.
— За ним есть кому присмотреть.
Я заглянула за плечо Алатара и увидела, как колыбелька Кира тихонько раскачивается сама по себе. Дух взял на себя роль няньки.
— Очень удобно, — улыбнулась я.
Алатар опустил меня на кровать и продолжил сладкую пытку поцелуями.
С ним каждый раз как первый. Чистый восторг и удовольствие высшей пробы. Его руки и губы творят со мной что-то невообразимое. Он умеет через прикосновения передавать эмоции. Но не страсть и не животный инстинкт, а настоящее светлое чувство. Он смотрит на меня, и я знаю — любит. Он дотрагивается, и я понимаю — будет любить всегда. Один его поцелуй заменяет тысячи слов.
Вот и сейчас Алатар мягок и жаден одновременно. Я выгибаюсь под его ловкими пальцами.
Дрожу от ощущения его губ на коже. Издаю стоны от наслаждения, когда он, наконец, берет меня. Схожу с ума от нахлынувших образов: прохладного шелка простыней подо мной, разгоряченного тела на мне, от аромата страсти и звуков наших сближающихся тел.
В итоге взрываюсь фейерверком, сменяя стон на крик, и муж вторит мне, дрожа в моих объятиях. Мне не надо смотреть в окно, чтобы знать — прямо сейчас над столицей сияют радуги. В последнее время они здесь частое явление.
