Ревновала его, но всегда считала, что на него вешаются женщины, а он их игнорирует, не отвечает им, не флиртует. Теперь выясняется, что все иначе. Не так, как я себе нафантазировала. У него будет другая семья. Полноценная, с ребенком. Если повезет – с наследником, как всегда мечтали его родители. Представляю, как обрадуется Инга Романовна.
– Чего ты хочешь? – едва хватает сил на эти слова, потому что Демьян снова подходит близко, снова заставляет меня чувствовать его рядом. – Довести меня до нервного срыва? Хочешь истерик? Чего? Почему ты меня не отпускаешь?.
.
Демьян словно не слышит или попросту не хочет слышать. Никак на мои слова не реагирует, подходит вплотную, притягивает к себе.
– Почему? – проговариваю по слогам и неожиданно для самой себя складываю руки в кулаки и бью ими Демьяна в грудь.
Раз. Второй. Третий.
Не могу остановиться.
Знаю, что ему не больно. Уверена, он даже не чувствует, поэтому и позволяет, но когда ему все же надоедает – перехватывает меня за кисти, вдавливает в себя и пытается поцеловать.
Я отворачиваюсь, смыкаю губы, борюсь с ним, чтобы не позволить. Едва ощущаю, как хватка на руке слабнет – отвешиваю ему звонкую пощечину.
Я никогда не поднимала на мужа руку. Мы ссорились, закатывали скандалы, били посуду. Демьян несколько раз оставлял вмятины то на двери, то на стене, я ставила ему ультиматумы, могла изрезать одежду или выбросить ее через окно, намереваясь якобы развестись. После этого мы всегда мирились. С жаром, с пылом, с искрами, летящими во все стороны.
Физически мы могли оставлять следы друг на друге лишь во время секса. Засосы, следы от зубов в районе ключиц, царапины – все это периодически украшало Демьяна, но красных следов от пальцев на щеке не было никогда. Никогда до этого момента.
– Хорошо, – неожиданно произносит Демьян и отходит в сторону, пропускает меня к чемоданам и к такому желанному отступлению.
Я медлю. Вроде бы должна бежать, не раздумывая, но я продолжаю стоять на месте, потому что не понимаю. Это все? Демьян сдался, а я могу быть свободна?
– Дай мне месяц, Майя, – просит Демьян.
– Я обещаю, у нас все будет по-другому. Просто месяц… Живи отдельно, отказывайся со мной видеться, но не подавай на развод, пожалуйста.
– Что еще? – хмыкаю, шагая-таки к чемоданам.
– Не пытайся мне отомстить.
Муж не говорит прямым текстом, но мы оба понимаем, что он имеет в виду.
– Это уже тебя не касается, Демьян. Если я захочу…
Я вижу, как темнеет его взгляд, и усмехаюсь, поражаясь.
