Так что никакой сенсации из этого не получится…
— Я совсем не про это! — отмахнулась она от моих слов. — Многие сильные мира сего готовы душу дьяволу продать, чтобы заполучить проводника вроде тебя, понимаешь? Это международный уровень! Слышишь? Никогда и никому не рассказывай о подобных встречах! Конечно, если не хочешь, чтобы твои друзья испытали настоящее давление со стороны маньяков вроде Португальца.
А вот здесь она оказалась совершенно права, а я этот момент, как обычно, упустил.
— А что значит международный уровень? — решил уточнить я.
— Любое государство или империя охотятся за возможностью общаться напрямую с богом, — Николь начала тыкать в меня пальцем. — Вот придут к тебе домой, схватят за яички, и поминай как звали! Выдашь им всё, что знаешь, и даже больше!
— Допустим, — хмыкнув, ответил я. — А не боятся они, что, связавшись с богом, сами лишатся яиц? — я выдвинул встречное предложение.
— Но ты же не лишился? — она потянулась проверить…
— Спокойно, у меня всё на месте, — я улыбнулся.
— А вот за науку спасибо. Надо признать, что я не подумал о больных ублюдках, что пойдут за знаниями по головам.
— А как он выглядел? — спросила Николь из любопытства.
— Лучше тебе не знать, крепче спать будешь, — я ушёл от ответа. Раз подобная информация настолько опасна, то лучше я запру свою варежку раз и навсегда. — Давай договоримся, что ты ничего не слышала.
— Ты о чём? — она улыбнулась, и мы сменили тему разговора.
До «базы» в Красноярске мы добрались быстро.
Крейсер продолжал стоять около Красноярска, но в скором времени должен был отчалить вместе с адмиралом флота восвояси. Думаю, эту свадьбу он не забудет до конца жизни.
По «радару» я заметил Арсена, который трудился над какими-то документами. Кира тоже бодрствовала, сидя в своём кабинете. Видимо, мои слова про усиление всего и вся легли на благодатную почву. Пусть работают, а свадьбу мы ещё раз отпразднуем, когда всё уляжется.
Отвлекать никого не стали.
Я завис напротив окна в спальне и, проникнув «волшебными нитями» внутрь, с лёгкостью открыл его. Хорошо это или плохо — риторический вопрос, менять всё равно ничего не буду.
Поставив Николь на ноги, я скинул с себя окровавленный костюм, сбегал в душ и переоделся в новый.
— Не будешь надевать броню? — она вопросительно на меня посмотрела.
— Долгая история, — я отмахнулся. — Я быстро…
Выскочив за дверь, я перешёл в изнанку и спустился в хранилище.
