абсолютно неизвестными людьми, которые снуют туда-сюда наперевес с коробками...
В шоке наблюдаю за всем этим беспределом
— Что.. что, черт возьми, здесь происходит?! - спрашиваю ошалело.
— Считай, инвентаризация, - отвечает Юсупов, и я провожаю взглядом очередного каменного робота, одетого в безукоризненный костюм, который относит коробки с личными вещами моих коллег в какой-то дальний угол.
Все говорит о том, что все сотрудники, все, кто собрался внизу, они были правы!
Юсупов увольняет всех! Он уничтожает то, что мы столь кропотливым трудом создавали столько лет!
Он ломает мою фирму! Да.
Я ее уже давно своей считаю и.. у меня перед глазами все плыть начинает. Кажется, что творится что-то невероятное. Что-то настолько страшное, что я не могу это пережить. осмыслить. Принять!
Второй раз! Второй чертов раз в моей жизни Игнат Юсупов отнимает у меня абсолютно все!
Ведь этот офис — здесь я нашла себя, работу — стал отдушиной, и вот.
. опять появился монстр из моего прошлого и по щелчку пальцев уничтожает все то, что было создано столь скрупулезно, уничтожает все, что было ценно!
— Мне нужно поговорить с директором! Юсупов, ты беспредел творишь! У тебя нет никаких прав!
Так нельзя!
Мой голос наполнен отчаянием, но пальцы сжимаются в кулаки, а Игнат спокойно проходит вперед и идет к кабинету, где раньше восседал шеф.
Я семеню за бывшим мужем, в то время как Юсупов толкает дверь и совершенно по- свойски проходит внутрь кабинета, где еще несколько дней назад я дружелюбно разговаривала со своим стареньким боссом за чашкой ароматного чая, обрисовывала дальнейшую стратегию развития компании, представляя на его суд свои наработки.
Теперь я не косячила, как прежде, и свое всегда держала при себе, демонстрируя лишь толику того, что собираюсь сделать.
Но тем не менее Сергеев даже словом не обмолвился о том, что все кончено!
Под мой ошарашенный взгляд Юсупов свободно проходит к столу моего бывшего босса и отточенным, быстрым движением расстегивает пуговицу на пиджаке, вальяжно занимает кресло, в котором еще вчера сидел директор.
А я на него смотрю. На его широкие плечи в обрамлении кожаного дизайнерского кресла, его я сама выбирала и в нем мой низкорослый директор был едва заметен, а сама чувствую, что ситуация мчится с ужасающей скоростью в какую-то яму.
