Самому себе я всё доказал. Другое дело, что и отступать рано. Кто-то после победы на Олимпийских играх теряет мотивацию, выгорает, но это не про меня.
Я отпил кофе. Сладкий батончик в сочетании с его горечью доставлял ещё большее удовольствие. Некстати подумал о Карине. Вечером, до того, как пойти к себе, отправил ей сообщение. Она не ответила. Не удивительно – в три-то ночи. Зато за день до этого прислала фотографию сидящего под козырьком магазина Стёпки. На заднем фоне – хлещущий по лужам дождь. На следующем снимке их с Кариной селфи.
Сам не зная для чего, достал телефон и показал Артуру.
Тот взял, присмотрелся.
– Твоя?
– Кто именно?
Сунул в рот остаток батончика и, скомкав обёртку, кинул рядом с чашкой.
– Брюнетка. Да и собака тоже.
– Собака моя. Пёс. А брюнетка…
Махом допил кофе. Бармен как раз поставил чашку перед приятелем, и я, воспользовавшись моментом, попросил приготовить ещё одну и мне. Моя?
– Моя, – ляпнул, сам не зная, для чего."
"Моя ли? Да и надо оно мне? Провёл пальцем по дисплею.
На губах Карины мягкая улыбка, на ней самой – яркий жёлтый плащ. Рука на шее Стёпы, щека возле его здоровенной хари. Засранец. А ведь она ему нравится.
– Как зовут?
– Карина, – ответил я и перевёл на Артура взгляд. – А пса – Степан. Вот скажи мне, Тур, что мы с тобой сидим тут, как два недоумка? Время шесть…
– Вернёмся – будешь сидеть со своей, – кивком показал он на телефон. – А лучше лежать, – небрежная усмешка. – А тут что? Башка уже плывёт… Маринка вчера устроила истерику из-за дырки на джинсах.
Из-за, блядь, дырки на грёбаных джинсах! Потом сидела и смеялась. Знаешь, рыдает и смеётся.
– Это усталость. Сложный сезон. Но ведь оно того стоит. И… – Я скривил губы, вспоминая день, когда, стоя на верхней ступени пьедестала, слушал гимн России. – Вот этот кофе того стоит. Скажешь, нет?
– Не скажу.
Мы оба замолчали. Бармен включил негромкую музыку. Старый джаз, под который кофе ранним утром был особенно ароматным, а шоколад вкусным, словно в детстве.
– Закончим с этими шоу, свожу Маринку куда-нибудь.
Пару недель на пляже у океана… – Он поднял голову. Ждал, должно быть, что я поддержу. Что скажу что-нибудь по поводу Каринки. Но что мне было сказать?
– Хорошая мысль. Тебе с Маринкой повезло.
– Повезло, – согласился Артур.
Вместе они катались уже несколько лет, из которых половину спали в одной постели вне зависимости от того, где были. И, что удивительно, никто никогда не был свидетелем их ссор. Ни на льду, ни вне его.
