Проспала бы спокойно до утра, — голос Исаева заметно садится. В тембре прорезается хрипотца. Слушать приятно. Убаюкивает… — У тебя есть двадцать минут, чтобы вздремнуть. Ложись ко мне на колени.
Руслан осторожно притягивает меня к себе. Я послушно следую его совету. Сбросив с себя меховое изделие, укладываюсь поудобнее на левый бок. Позволяю себе расслабиться.
Исаев накрывает меня шубой. Не упускает возможности залезть рукой под подол платья. Ползёт ею к коленке. Поглаживает пальцами. Затем и вовсе устремляется выше по бедру.
Нащупав кромку резинки чулка, клипсу и ремешок, застывает рукой на месте, но никак не комментирует этот факт.
— Что-то не так? — мурлычу, проводя щекой по его бедру. Он тут же напрягает мышцы, и я не отказываю себе в удовольствии обнять его за ногу. Пройтись кончиками пальцев по внутренней стороне бедра. Ощутить, как он невольно вздрагивает, превращаясь в раскалённый металл под брюками.
— Да нет. Всё так. Просто… вы, женщины, слишком непредсказуемые.
То у вас нет подходящих трусиков для визита к гинекологу, то сразу полный арсенал. Для какой цели, можно полюбопытствовать?
— В смысле, «для какой цели»? — подавив самодовольную улыбку, деланно удивляюсь. — Чтобы сразить ещё одного мужчину наповал. Разве не для этого мы были созданы Богом?
— Ему нужно было переспать с этой идеей, — цедит сквозь зубы, сгребая на моём затылке волосы в кулак. — Теперь нет покоя ни мужчинам, ни Богу…
Глава 9. Влип
Маша
Центр репродуктивной медицины «Гамета»
— Одевайтесь, Маша.
Я позову Руслана.
Вытащив из меня датчик, гинеколог протягивает несколько бумажных полотенец. Вытираюсь. Краска смущения всё ещё пылает на щеках.
Не могу определиться с тем, что я сейчас чувствую. Эмоции на разрыв. С одной стороны мне хочется послать Руслана к черту за то, что привез меня к доктору мужчине! И этот доктор не какой-то там седой мужик с сорокалетним стажем! Он молод. Образован. Харизматичен. Слишком чуткий и внимательный.
С нежными руками. Всё в нем очень и очень слишком…
С другой стороны я отчаянно надеюсь услышать от врача что-то обнадеживающее. Что-то новое. Чудесное… Диагнозы Нины Станиславовны только ухудшали мне настроение. Усложняли жизнь.
Покидаю гинекологическое кресло. Стоя на ватных ногах, за шторкой, натягиваю на себя белье, чулки и прочие сексуальные штуки, которые пришлось снять, чтобы не шокировать Вадима Николаевича. Затем надеваю платье.
