Становиться законной супругой человека, который тебя не любит — такое себе счастье…
Как бы мне хотелось вернуть годы вспять, встретить Руслана при других обстоятельствах. Начать с ним с чистого листа.
— Мне всё равно. Я буду то, что и ты, — отвечаю, кутаясь в халат. Не потому что мне холодно. Просто я хочу поглубже зарыться в свою раковину, чтобы держать под контролем эмоции. Их слишком много. Они распирают грудь, сводят меня с ума.
Спустя короткое время передо мной появляются тарелки с разогретым супом, бутерброды, мясная нарезка.
Два бокала с вином. Руслан садится напротив, такой домашний, уютный, заботливый. Эмоции берут верх, подкатывают к горлу. Хочется в который раз пореветь.
Поднимаю бокал с красным вином, делаю глоток. Определив, как сердце сбивается с ритма, отвожу глаза к окну, ощущая на себе прожигающий взгляд мужчины. Наблюдаю за летящими хлопьями снега, пробую дышать ровнее, чтобы вернуть себе хотя бы подобие власти над собственными непрошеными чувствами.
— Всё хорошо, Маша? — грудной голос Исаева вынуждает вздрогнуть и вернуть ему внимание.
— Здесь так тихо, — напряжение в гортани вместо слов создаёт хрип. — Я привыкла к шуму, к людям, к постоянному общению. Мне не хватает моей кофейни.
— Ты можешь общаться в офисе с коллегами. Решать вопросы с клиентами. В чём проблема?
— Ни в чём. Ты прав. Нужно занять себя творчеством, чтобы не сходить с ума. Завтра же начну работу над проектом Георгия.
Замерев с поднесённым к губам бокалом, Руслан вонзает в меня хмурый взгляд.
Оцениваю заломы на лбу, суженные зрачки, потемневшие до фиолетовой черноты глаза и тут же осознаю, из-за чего весь сыр-бор. Я не произнесла отчество своего клиента.
— Что? — округляю глаза, надпивая немного алкоголя.
— Да так… ничего, — Рус залпом осушает свой бокал.
— Нет. Не ври мне. Ты ревнуешь меня к Астафьеву. Зачем?
— Маша…
— Что, «Маша»?
— Ты и так прекрасно знаешь ответ.
Он опускает бокал на стол и откидывается на спинку стула.
Смотрит на меня пристальным взором, под которым кожа покрывается огненными мурашками.
Становится жарко. Настолько жарко, что мне приходится обратно раздвинуть воротник, чтобы не начать задыхаться. Под халатом я совершенно голая. Мокрое бельё, что было на мне, сняла в ванной. Руслан знает об этом.
Интересно, о чём он сейчас думает. Фокус его взгляда по-прежнему нацелен на мои глаза. Не на губы. И даже не на грудь в вырезе домашней одежды. Не уверена, что его мозг сейчас генерирует сексуальные фантазии.
