Меня на части разрывает, когда он рядом. Я по-прежнему его люблю, а хочу так, что в глазах темнеет. Находиться рядом и не иметь возможности поцеловать Никиту, обнять, не думала, что будет так больно. Видеть его равнодушный и отталкивающий взгляд просто невыносимо. Наружу прорывается скулеж, но я его давлю, сглатываю болезненным комком. Приедем из Мурманска буду искать другую работу. Я не выдержу, сломаюсь. Меня всю трясет, когда я рядом с Никитой, мне очень больно.
Не думала, что будет так.
Умываюсь ледяной водой, наношу новый макияж и выхожу из ванной. Никита смотрит новости и пьет кофе. Я присаживаюсь на свое место, ковыряясь вилкой в холодной яичнице. Кусок не лезет в горло, наливаю себе кофе, добавляю сливки. Тяну маленькими глотками.
– Ты почему не ешь? – спрашивает меня мой шеф, ставит чашку на столик. – До обеда у нас куча дел, вряд ли будет возможность перекусить.
Никита встает и скрывается в своей комнате, откуда вскоре выглядывает.
– Через полчаса выходим, собирайся, – говорит он и снова исчезает."
"Я допиваю кофе и иду к себе, шаркая тапками по полу, как старуха. У меня совсем нет сил, чтобы быть с ним рядом, чтобы жить около него и дышать. Медленно снимаю халат, натягиваю узкие брючки стального цвета и белый тонкий джемпер, закалываю волосы ракушкой.
На шею тонкая нитка жемчуга и такие же серьги, на ноги бежевые ботинки с элегантным каблучком. Все делаю машинально, даже не глядя в зеркало, настолько меня выбило из колеи прикосновение к Никите.
Неожиданно застываю от мысли, что пришла в голову. А в чем я собственно виновата? Он даже не знает, что его мать жива благодаря мне и моему отцу. А то, что я сказала тогда, могу и прощение попросить.
Может можно все вернуть? Начать сначала, будто и не было этих обидных слов. По сути, мы расстались из-за них, я не предавала Никиту, ну вышла замуж, отец настоял, так что же теперь и не жить после этого?
Приободряюсь и выхожу из комнаты, подхватив свое пальто и взяв в руки портфель с бумагами. Застываю на пороге, слышу голос Никиты из комнаты."
