— Изнахратил тебя всю, — взял мою ногу в руки и принялся изучать синяки и царапины. — Потерпишь?
— Конечно, я уже большая девочка, — старалась шутить, а у самой от его прикосновений мурашки бегут по коже. Темный взгляд будто обжигает нутро. Прикосновения ласковые, но тем не менее волнующие.
Первые капли бесцветной жидкости потекли на раны, окрасили ее в красный цвет. Валид принялся дуть, потому что я застонала. Но не от боли застонала. На самом деле не столько щиплет, сколько его действия возбуждают. Я посильнее сжала бедра.
Блин, это настоящая пытка.
— Больно?
— Терпимо, — неужели этот хриплый каркающий голос принадлежит мне?
Валид достал стерильную салфетку, стер стекающую розовую жидкость. Полил перекисью еще раз. Держит мой взгляд, будто на крючке, не отпускает и дует на коленку. А у меня нервные окончания взбунтовались, в голове сигнал тревоги бьет, а я поглощена ощущениями, которые он во мне пробудил. Внизу живота такой узел закрутился, что мои бедра от напряжения сейчас треснут. Остается надеяться, что он не замечает моего состояния.
Валид мажет рану какой-то бесцветной жидкостью — щиплет, но не так, чтобы это остудило меня.
— Теперь другую, потерпи.
Лучше бы мне было больно!
Дыхание сбивается. Как же сложно в такие моменты управлять своим телом! Почему я с Лешей ничего подобного не ощущала? Валид, наверное, тоже умеет гипнотизировать.
Соблазнитель!
Мне срочно нужно в душ. Смыть влагу там, где ее не должно быть! Надеюсь, на постели не останется следов!
Валид мажет коленку, дует на рану, а я не дышу, потому что боюсь себя выдать.
— Давай локти обработаем? — улыбается гад.
— Не надо, так заживут, — голос подводит. Я пытаюсь встать и убежать, но он кладет руку мне на бедро. Меня словно током бьет.
— Говорят, с поцелуями заживает быстрее, — я не успеваю воспротивиться, горячие губы опускаются на коленку возле раны…
Валид"
"С моей Колибри нельзя действовать прямо. Заявить ей в лоб «давай займемся сексом и закрепим брачный союз» — отсрочить этот самый секс на несколько месяцев, а то и лет.
Пусть и дальше строит неприступную крепость. Разрушу фундамент, крепость падет.
Обработать Ясе коленки было хорошей идеей. Я видел, что она ведется на мои прикосновения. Глаза блестят, дыхание учащенное и немного рваное, голос на две октавы ниже. Был в моем плане один прокол — мне самому башню рвало от вида ее обнаженных длинных ног. Касаясь гладкой шелковистой кожи, завелся как пацан, но от намеченного плана не собирался отступать.
