— О чем? — усмехаюсь.
— Да не знаю я! Мне некогда!
— То-то я смотрю, декабрь сверх нормы закрыли. А это моя Люба старается. Иди сюда, поощрю тебя. — подхватываю ее под бедра.
— Роман Петрович! — верещит Люба на грани с ультразвуком, упираясь мне в плечи. — Прекратите, пожалуйста! Не надо!
Конечно же, я не смогу ее поднять, просто блефую, но этого достаточно.
— Да о том, что у вас с Женькой было что-то! — орет Любка дурниной. — Я не слушала, правда!
— Ну, смотри, Люба! — отпускаю ее и поглаживаю по плечу. — Если что, заходи.
Она собирается что-то ответить, но замирает с открытым ртом. Я тоже удивленно отстраняюсь, услышав, что в коридоре раздаются какие-то странные звуки. Прислушиваюсь и понимаю, что это женские крики.
Глава 21. Роман
Вот оно любопытство! Люба, отталкивая меня, бросается к двери. И эта женщина будет мне твердить о том, что не в курсе последних событий?
Когда дверь открывается, истерические визги доносятся громче.
Бросаюсь на звук, потому что чуйка подсказывает, что там замешана моя Барби.
А вдруг Ирка решила сорвать злость на ней?!
Толкаясь, вываливаемся с Любкой на лестницу и я замираю от неожиданности.
— Женя, — выдыхаю, теряя дар речи, потому что моя кукла тащит за волосы непутевую кладовщицу. Та держится за хвост и орет дурниной, царапая ногтями Жене руки.
Но мой хрупкий терминатор будто не чувствует боли и целеустремленно двигается вперед.
— Щас ты всем расскажешь, кто у нас шалава, — рычит Смирнова, не замечая нас. — Щас ты и про подсобку расскажешь, и про то, кто каким местом премии зарабатывает!
— Женя! — зову громче, бросаясь к ней.
Она оборачивается и останавливается, но черную гриву Ирки из кулака не выпускает. Та стонет.
— Женя, ты что творишь? — ошарашенно смотрю на мою девочку.
Злая, раскрасневшаяся и взлохмаченная, она тяжело дышит и сверлит меня тяжелым взглядом, но ничего не отвечает.
— Отпусти ее. — смотрю в темные от ярости глаза и чувствую, как сердце набирает обороты. — И пошли в кабинет, поговорим. Ты что, мужик — кулаками проблемы решать?
— Никуда я с вами не пойду, — выдыхает Женя и резко отпускает хвост Ирки, отчего та по инерции трескается головой об ступеньку и матерится.
Мне к груди тут же припечатывается лист А4, который я даже и не заметил во второй руке. — Забирайте свою мымру, раз она так вам нужна.
Смирнова делает попытку сбежать, но я ловко перехватываю ее за руку и дергаю на себя. Ныряю ей под мышку и взваливаю на плечо. Женя тут же начинает по-девчачьи молотить меня по спине.
