— Мы с вами вдвоём в баню?
— А что такого? Боишься изнасилую? — ухмыляется.
Ох уж, ловелас. Что бы было, если бы у него проблем по здоровью не было?
Не выдерживаю и смеюсь над своими мыслями, но тут же стону, ощущая, как от смеха голова начинает болеть ещё сильнее. Качаю головой, отрицательно махаю рукой:
— Просто это как-то необычно, я ж просто… упаковщица. И в баню с начальником. Не по статусу.
Он резко поднимает взгляд. Вижу на его лице возмущенное выражение.
— Да что я, не человек, что ли?
Улыбаюсь ему виновато.
— Вот докажу тебе, что я нормальный мужик. — фыркает Роман Петрович.
— Да ладно вам, я же не сказала, что вы ненормальный. — примирительно улыбаюсь. И чего он психует-то?
Доедаю бульон, то и дело морщась от головной боли. Роман Петрович даёт мне какие-то таблетки, явно обезбол или от похмелья. Ждет, пока выпью. А потом внезапно подхватывает меня на руки и я чувствую, как его крепкие руки бережно обхватывают меня.
— Роман Петрович, что вы делаете? — у меня почему-то сбивается дыхание от этой близости.
По телу бегут мурашки.
То ли потому, что я в одной короткой рубашке, а его горячие ладони обжигают мою обнаженную кожу, то ли от головокружительного аромата его парфюма.
— Поваляйся, пока я до бани тропинку расчищу, — отвечает он, глядя на меня с заботой.
Поднимаемся по лестнице, и мне становится как-то странно уютно в его руках. Прям ощущаю себя принцессой из сказки.
Начальник кладет меня на кровать, нависая сверху. Его лицо очень близко. В голове внезапно мелькает образ, будто мы целовались вчера.
Испуганно ахаю.
— Роман Петрович, я точно не чудила вчера? Не приставала к вам? — тихо спрашиваю, смущённо отводя глаза и избегая его взгляда.
Он замирает на мгновение, затем загадочно улыбается.
— Нет, Смирнова. А жаль. — выдыхает мне в губы и отстраняется.
Своими словами Роман Петрович будто подкидывает ещё дров в костёр, что и так вспыхивает внутри.
Он уходит, оставляя меня лежать в кровати с бешено бьющимся сердцем, путающимися мыслями и внезапным… желанием его поцеловать.
Глава 12. Роман
Пока Женя дремлет, я выбираюсь на улицу и принимаюсь за расчистку дорожки до бани. Вокруг все белое-белое! Снега навалило столько, что это прямо не снегопад, а настоящее стихийное бедствие. Сугробы высотой до пояса.
Лопата врезается в белую массу, как в растаявшее масло, и меня накрывает странное чувство бодрости. На душе как-то легко, а мышцы приятно напрягаются, разогревая тело. Минут пять спустя скидываю куртку.
